HP: University of Magic Arts

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: University of Magic Arts » Альтернативная реальность » you're worse than nicotine


you're worse than nicotine

Сообщений 1 страница 33 из 33

1

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]

http://funkyimg.com/i/2JCwx.png http://funkyimg.com/i/2JCwy.png http://funkyimg.com/i/2JCww.png http://funkyimg.com/i/2JCwu.png http://funkyimg.com/i/2JCwv.png

Действующие лица:
Scorpius Hyperion Malfoy & Austin  Benedict William Wood

Место действия:
Англия, Лондон, рождественский прием у господина Министра Магии

Время действия:
2037 год

Описание:
Just one more hit and then we're through
'Cause you could never love me back
Cut every tie I have to you
'Cause your love's a fucking drag
But I need it so bad
Your love's a fucking drag
But I need it so bad
You're worse than nicotine

Предупреждения:
рейтинг R

Отредактировано Lucy Weasley (2018-12-23 10:35:20)

+1

2

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Политическая обстановка в стране накалялась с каждым днем. Скорпиус ежедневно беглым взглядом окидывал сводку новостей, хотя сам не испытывал от этого особенного удовлетворения. Его волновали лишь несколько имен, и каждый раз, когда мужчина не находил эти имена на серых газетных страницах, где-то глубоко в груди разливалась волна облегчения. Во всем остальном, по большей части, политика не касалась ни самого Малфоя, ни членов его семьи.
Приглашение от Министра Магии сова доставила прямо на рабочий стол. На первый взгляд, ничего особенного - обычная дань уважения, встреча высокопоставленных чинов или просто известных личностей. Малфой одновременно относился к обеим категориям граждан - потомственный аристократ в третьем поколении, чья фамилия всегда была на слуху у чистокровных волшебников, который, вдобавок, занимал хорошее место в Министерстве. Жизнь оказалась к нему благосклонна.

Приглашения на прием всегда были адресованы семьям. Скорпиус имел полное право привести с собой Алана и Максимиллиана. Более того - в каком-то смысле, статус обязывал его поступить именно так, хотя лишний раз заставлять Дисприта появляться в кругу лиц, очень далеких от его натуры, желания не было. Кроме того, Максимиллиан был еще слишком мал. Хотя сам Скорпиус в свои три года уже появлялся на важных мероприятиях, ничего странного в том, что подобная участь постигнет и его сына.
В конечном итоге, условного супруга Скорпиус Малфой поставил перед фактом.
В огромном зале собралось много пафосных лиц. Облаченные в строгие костюмы и не менее строгие, сдержанные платья, мужчины и женщины улыбались друг другу; в основном фальшиво; несколько молодых парней разносили на подносах бокалы с шампанским и плоские блюда с собранием различных канапе. От накалившейся атмосферы и чрезмерного официоза Аланиеля всегда подташнивало, зато Скорпиус чувствовал себя здесь "в своей тарелке". Лицемерные улыбки в сочетании с искусством обольщения когда-то составляли преимущественную часть его будней.
К чему Скорпиус Малфой оказался менее готов, так это к неожиданным лицам, встреч с которыми ему хотелось бы избегать до конца жизни.

Они встречаются взглядами. Расстояние в несколько шагов кажется пропастью между ними, но по коже все равно пробегают мурашки, словно Скорпиус с головой окунулся в промерзший водоем. Сходные чувства он всегда испытывал рядом с Джиллиан. Сходные чувства когда-то давно он испытывал к своему спутнику жизни, с которым по сей день делит домашнее хозяйство и общую двуспальную постель. И сходные чувства он испытывал к этим же самым лучезарным глазам небесно-голубого оттенка. Слишком давно, чтобы это помнить.
Он отвел взгляд сразу, как только увидел по правую руку от Остина Вуда блондинку. То, как мягко ее руки держат мужчину под локоть, и с какой нежностью она коротко смотрит на него перед тем, как быть представленной кому-то из высокопоставленных личностей. Не здешняя. 
- В мое сознание закралась тень сомнения по поводу твоего возможного присутствия здесь, - когда они поравнялись, не замечать друг друга было невозможно, и Скорпиус вновь спрятал себя за сдержанной улыбкой. - Поздравляю с успешным окончанием чемпионата, рад, что ты не утратил конечности во время последней игры, она прошла достаточно жестко даже по твоим меркам. Не представишь свою спутницу?

0

3

[nick]Austin Wood[/nick][status]gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Остин Вуд считал себя счастливым человеком. В свои тридцать два он был одним из самых перспективных игроков Великобритании, его не раз приглашали в команды со всего мира, и это можно было считать настоящим успехом. На текущий момент Остин играл за сборную США. У него имелось все - деньги, слава, любимая девушка, вернее уже невеста, с которой он приехал на Рождество к своему отцу, дабы официально представить тому будущую миссис Вуд. Да, он был счастлив, верно?

Война обошла его стороной. Он по максимуму выкладывался на матчах и тренировках, которые каким-то чудом ни разу за годы противостояния не были отменены, что времени поразмыслить над тем, что творилось в стране, практически не оставалось. Особенно, когда сам он находился на другом конце света - за океаном, в далекой Америке. Все, что ему оставалось, это читать официальные газеты и вести от друзей и отца, которые нет-нет да роняли несколько слов о текущей ситуации.

Сказать, что ему было все равно, нельзя. Да, Вуд никогда не бывал и не будет на передовой, однако как общественный деятель он активно выражал свое мнение по поводу происходящего во время интервью или официальных речей, призывая сограждан к завершению конфликта, хотя прекрасно осознавал, что его слова - всего лишь маленькая песчинка на весах мирового равновесия.

В США ситуация была куда спокойнее, чем дома, словно волна агрессии не докатилась до другого континента. Наверное, именно поэтому там Вуд мог позволить себе просто жить по полной. В Лондон Остин вернулся уже не один.

На приеме у министра присутствовало очень много гостей, однако Остин уже привык к таким мероприятиям за несколько лет. Его спутница, напротив, поначалу чувствовала себя несколько неуютно, однако вскоре тоже расслабилась благодаря присутствию своего жениха. Кассандра была чертовски красивой и весьма умной девушкой, что и привлекло Вуда изначально, и чем больше мужчина узнавал ее, тем чаще ловил себя на мысли, что его выбор оказался верным.

Кэсс очаровательно улыбалась, учтиво отвечая на задаваемые вопросы, смеялась звонко. Они проходили от одних гостей к другим, и, казалось, наслаждались обществом других и друг друга. На безымянном пальчике спутницы Вуда красовалось аккуратное колечко.

Все шло хорошо, пока в потоке гостей Остин не заметил до боли знакомую фигуру. За всей этой суетой - помолвкой, долгим перелетом, встречей с отцом, подготовкой к приему, мужчина упустил один важный фактор. Где, как не на торжественной встрече у министра, он мог встретить его? На какой-то миг Вуд застыл, вглядываясь в почти забытые черты лица. Казалось, все вокруг замерло, остались только их взгляды, как отголоски прошлого. Сколько они не виделись? Чертовски давно. Вечность. Их дороги разошлись, кажется, даже раньше, чем они поняли свою значимость друг для друга. Остин отводит взгляд, возвращая свое внимание невесте, но в следующий миг рядом звучит голос Малфоя, и Мерлин вас всех раздери, он скучал по этому тембру и заумной манере говорить.   

— Честно сказать, была такая возможность, однако, раз мы приехали навестить моего отца, то не могли не принять приглашение, -мужчина пожимает плечами, а затем представляет пришедшую с ним девушку, - Обязательно. Кассандра - моя невеста. А этот джентльмен - Скорпиус Малфой, мой школьный друг.

«Школьный друг» - ложь дается ему так легко, что Вуд про себя удивляется, ему казалось, что врать он разучился уже давно. Да уж, вот кем-кем, а друзьями они никогда не были. Их отношения перескочили ступень дружбы, сразу перейдя в разряд куда более близких.

—Как поживает Аланиель? - Вуд вежливо интересуется, улыбаясь.

Но ему плевать, на самом деле, на мужа Скорпиуса.
Плевать.
Только вот в этих глазах он все еще видит нечто давно забытое.

Отредактировано Lucy Weasley (2018-12-05 02:40:11)

0

4

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Больше всего сейчас хотелось затеряться в толпе людей. Стать таким же безликим, как многие, кто стал гостем вечера исключительно из-за своей громкой фамилии. Или одним утром проснуться и понять, что тебе хватает смелости не посещать обязательные торжественные приемы, даже если твое имя знает каждый второй из собравшихся. Собственно, второе выбрал его брат. Абракас на пушечный выстрел не приближался к подобным местам, в открытую называя их пафосным сборищем лицемеров, и ведь был абсолютно прав.
Но только не старший Малфой. С малых лет он привыкал действовать исключительно под стать фамилии, с малых лет равнялся на деда, надевал на себя маску потомственного аристократа. Чаще всего, ему это нравилось. Чаще всего, это вовсе не было маской - типичный Скорпиус Малфой, со своими заумными фразами, деловым тоном, обаянием, которое можно включать в те моменты, когда необходимо завоевать расположение толпы. В его поведении была некая слизеринская змеиность, умение сгладить углы, представить себя в лучшем свете и извлечь максимум выгоды из каждой беседы.

Выгоду из беседы с Остином Вудом извлечь невозможно. Каждая секунда, на которую Малфой задерживался подле "школьного друга", трансформировалась в напряжение и нежелание уходить. Остин был пластырем, который необходимо резко сорвать и выбросить, но тот слишком плотно приклеился к коже. Кислая улыбка лишь на миг проскользнула на лице аристократа, когда тот услышал о невесте Вуда, после этого Скорпиус решил продемонстрировать воспитание и отдать честь хорошим манерам.
- Добрый вечер, - короткий вежливый поклон, ловкое движение руки, подхватывающей нежную женскую ладонь, оставленный на ее тыльной стороне короткий поцелуй. Скорпиус становился невероятно галантен, когда речь заходила о дамах. - Как находите здешнее высшее общество? Надеюсь, Вам не сильно досаждают?
Вопрос об Алане прозвучал с ноткой фальши в чужом голосе, впрочем, возможно, Малфою это всего лишь показалось. Однако странный неприятный осадок насел на горло - о своем партнере говорить не хотелось. Это словно разрушало образовавшееся между ними личное пространство, в которое есть доступ только у двух персон.

- Дисприт продолжает периодически демонстрировать сходства человека с приматами, особенно в окружении людей, чей ай-кью на порядок выше его собственного, - Скорпиус кинул взгляд в сторону Аланиеля, который как раз подвел Максимиллиана к столу с закусками, и, не сдержавшись, тихо добавил: - Однако, на удивление, он взрастил в себе заслуживающие похвалы родительские качества.
Более оригинального случая сообщить о том, что он обзавелся потомством, Скорпиус не нашел. Его взгляд коротко пробежался по мальчишке, который был одет в такой же строгий костюм, как собравшиеся на вечере взрослые. Это комично смотрелось на трехлетнем малыше, и, будь здесь Абракас, он определенно закатывал бы глаза каждый раз, когда вспоминал об этом. Но Абракаса здесь не было.
Скорпиус снова поднял взгляд на человека, который назвал его "школьным другом". Момент идеально подходил для того, чтобы вежливо попрощаться и уйти в сторону. Еще несколько секунд, и молчание из вежливого превратится в неловкое, а неловкости Малфой допустить не мог.
- Хоть это нисколько не касается моей скромной персоны, считаю своим долгом напомнить, что тебе не стоит налегать на напитки, градус которых превышает температуру твоего тела. В школьные годы это закончилось для тебя весьма плачевно, - мужчина на момент ухмыльнулся, вспоминая тот вечер, когда ему пришлось провожать Остина до гостиной. Своей гостиной. Мерлин и Моргана, брошенную сейчас фразу можно считать детской выходкой.

После короткого вежливого кивка Малфой отстранился и взглядом начал искать других гостей, к которым можно было подойти в настоящую минуту, избегая очередной порции неловкости. На ходу он подхватил с подноса услужливого официанта стакан с огневиски.

0

5

[nick]Austin Wood[/nick][status]gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Остин старался не подавать виду и надеялся, что Малфою хватит его высокого айкью, чтобы никак не скомпрометировать такую откровенную ложь, что сорвалась с губ Вуда так легко и непринужденно. Они точно никогда не были друзьями в школе, а после выпуска тем более. Их отношения вообще никогда не афишировались по причине того, что так было проще обоим, да и были ли эти "отношения"?
— Рада знакомству, - ответила его невеста, - Что Вы, мистер Малфой, никто мне совершенно не досаждает. И я наоборот очень восхищена данным мероприятием, - девушка улыбнулась искренне и открыто.
Кассандра всегда улыбалась искренне и открыто. Она словно ребенок с любопытством оглядывалась вокруг, вбирая в себя атмосферу, витавшую в воздухе, подобно аромату дорогих духов. Знаменитая британская аристократичность и чопорность привлекали американку своей необычностью - она не привыкла к такому у себя на родине, где все дышало свободой, толерантностью, равноправием, демократией. Взгляд Кэсси был пытливым и проницательным, но дружелюбным. Остин был уверен, что дома молодая журналистка с весельем в голосе будет перечислять отличительные признаки поведения подвида "волшебник британский, чистокровный. Вуд лишь надеялся, что за своим интересным занятием, его невеста не заметит возникшего напряжения между двумя старыми приятелями.
Вуд усмехнулся, воспринимая длинные формулировки Малфоя как нечто давно забытое, на пыльных страницах летописи школьных лет, проведенных в словесных баталиях с этим весьма занудным и упрямым юношей. И он бы мог сказать, что соскучился по этой манере говорить, если бы данный факт не выбивал почву из-под ног. Ему следовало бы не помнить ничего из того, что было когда-то между двумя старостами.
—Позволь заметить, что я нахожу весьма интригующим факт того, что, обладая уровнем ай-кью превышающим норму среднестатистического индивидуума, ты все еще не можешь адекватно оценивать умственные способности некоторых личностей, как я уже когда-то упоминал, Дисприт, возможно, не был силен в академических дисциплинах, однако он довольно сообразителен в более практичных вещах, - Остин ухмыльнулся, задорно, с вызовом, как в былые времена.
Вуд проследил направление взгляда Скорпиуса и удивленно вскинул брови. В Аланиеле мужчина не сомневался, а вот Малфоя в роли отца было представить трудно.
—Поздравляю, - Остин чувствовал себя несколько глупо, произнося это слово, ведь это было ничем иным, как проявлением формальной вежливости. Просто так принято говорить в высшем обществе, когда тебе кто-то сообщает о том, что обзавелся семьей.
—Какой милый малыш, - Кэсси прощебетала под боком у Вуда, и тот мысленно выругался, ведь успел забыть о ее присутствии, - Сколько ему?
Честно говоря, самому Остину было плевать на этот факт, однако он был рад, что его невеста, в отличие от него, не испытывала неловкости в озвучивании личных вопросов, которые были вполне логичными в текущем ходе беседы.
Остин считал секунды до взрыва, словно Скорпиус был часовой бомбой, способной разнести все вокруг - его прошлое, его настоящее. И, кажется, дождался, Малфой словно нарочно упомянул тот случай, который стал их точкой невозврата. Пусть это был тонкий намек, который мог понять только сам Остин, а для всех остальных присутствующих [для Кэсс в том числе] это всего лишь безликая отсылка к прошлому Вуда. Тем не менее, это был укол под ребра. Месть за то, что он назвал его "школьным другом"? 
—То же самое я бы посоветовал и твоей персоне, - Остин старался не показывать, что его это как-то встревожило, - даже людям с твоим уровнем интеллекта стоит с осторожностью употреблять алкогольные напитки. Конечно, не сомневаюсь, что ты вполне способен избежать с утра похмельного синдрома, но все же алкоголь весьма пагубно сказывается на мыслительном процессе любого человека.
Кассандра впервые удивленно взглянула на своего будущего мужа, видимо, колкие фразы совершенно не вписывались в концепцию школьных друзей. К счастью, Малфой решил, что сказал достаточно и, кивнув на прощание, растворился в толпе.
—Не бери в голову, - Остин нежно коснулся губами виска Кассандры, прижимая девушку к себе, но тут же отстранился, ведь на подобного рода мероприятиях было не принято слишком открыто проявлять свои чувства.
Вечер шел своим чередом, Остин представлял свою невесту знакомым ему гостям министра. Однако встреча с Малфоем выбила его из колеи, и в какой-то момент мужчина даже обратился к верному средству - благо огневиски на приеме был весьма хорош. Конечно, злоупотреблять алкоголем мужчина не собирался.
Кассандра чувствовала себя весьма свободно и вскоре отпустила своего жениха и принялась болтать с женами высокопоставленных лиц. Вуд же воспользовался данной возможностью и решил подышать свежим воздухом, выбравшись на балкон. К его невезению, он не был первым, кто решил найти спасение от суеты бала. Остин встал рядом с Малфоем и, облокотившись на перила, произнес:
— И с каких пор ты куришь? Насколько мне помнится, ты весьма негативно относился к курящим людям.

0

6

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Скорпиуса Малфоя было за что осудить.
Он был аристократом, но совершенно не являлся образцово-показательным совершенством. Он совершал ошибки, тяжелые ошибки, которые упорно не признавал до самого конца, хотя подсознательно все равно осознавал их последствия. Единственное, в чем действительно была его сильная сторона - сокрытие следов, особенно той информации, которая могла его скомпрометировать и пагубно отразиться на карьере или семье.
Только поэтому он поддержал лживую позицию "школьного друга", поэтому спутница Остина удосужилась очередной вежливой улыбки и короткого кивка, поэтому Малфой отошел в сторону, хотя ноги, казалось, приросли к полу.

Следующие несколько десятков минут были наполнены фрустрацией, которая мешала расслабиться. На таких вечерах вообще не принято расслабляться - нужно всегда держать ухо в остро, внимательно следить за реакцией гостей на твои слова, до каждой буквы продумывать ответы на чужие остроумные реплики. Вечер превращался в фарс, смешки прекрасных дам были наполнены ложью, а доброжелательные рукопожатия заключались с людьми, жаждущими сравнять любого с землей.
Детям здесь совершенно не место.
Именно эта мысль посетила светлую голову Дисприта, которого Вуд небезосновательно считал гораздо умнее, чем кажется на первый взгляд. Блондин терпеливо выждал еще несколько минут, прежде чем осторожно отвести Малфоя в сторонку и тихо сообщить об уходе.
- Поддерживаю тебя, - Скорпиус шумно выдохнул, ненадолго касаясь его ладони. Большие проявления нежности ни к чему, даже если бы они были традиционной парой. Здесь так не принято. И если Малфой в этом мире акула, которая способна юлить, изворачиваться и скалить зубы, то Алан - всего лишь добрая золотая рыбка, чудом не ставшая чьим-то легким обедом.

Оставшись в одиночестве, Скорпиус впервые за долгое время ощутил свободу. Он действительно был здесь "в своей тарелке", высшее общество представляло собой игру, правила которой мужчина знал лучше других. Он даже не скрывал взгляды, которые изредка бросал на Вуда издалека. Каждый мог растолковать их по-своему.
Изнутри мужчину согрела очередная порция огневиски. Напиток уже немного дал в голову, ощущался легким покалыванием в нервных окончаниях. Хотелось курить.
Малфой осуждал курение в школьные годы, но, с появлением сына, к сигаретам и вишневым сигарам его тянуло неимоверно. Особенно поначалу, в тот период, когда они с Диспритом ночевали в раздельных комнатах, и каждый не спешил сделать первый шаг на сближение.
Чуть не потеряв Аланиеля однажды, Скорпиус обещал себе в будущем не повторять подобных ошибок. Правда, спустя три года это обещание незначительно стерлось и запылилось, убранное в дальний ящик. Клеймо изменщика, данное один раз даже при сомнительных обстоятельствах, останется с тобой на всю жизнь - оно будет почти неощутимо жечь кожу глубоко изнутри, напоминая о том, какой ты все-таки человек.

Стало душно. Уходить с вечера слишком рано, правила приличия требуют выждать еще как минимум час. Но никакие правила не заставляют оставаться в центре толпы, важно лишь периодически мелькать в разных частях помещения, напоминая о своем присутствии. Между этими появлениями можно брать короткие перерывы - именно этим и решил заняться Малфой, пробираясь сквозь столпившихся гостей на балкон.
Блаженная тишина укутала его, атмосфера уюта развеяла все сомнения по поводу сегодняшнего вечера. На губах непроизвольно играла улыбка. Кажется, последняя порция виски - легкий перебор, но через несколько минут нахождения на свежем воздухе обязательно станет легче. Скорпиус вытащил из внутреннего кармана пиджака пачку дорогих сигарет, табак в которых был обернут не бумагой, а табачным листом, щелкнул зажигалкой и закурил.
Первая затяжка была глубокой, пробирающей, захвативший в плен легкие. Облако серебристого дыма вырвалось наружу, на данный момент оно еще больше пьянило, приятно обволакивая разум. Следующий вдох был короче и проще, без лишнего пафоса, в одиночестве становившегося абсурдным.
Он мог бы находиться здесь до конца вечера. Тишина и покой благотворно действовали на нервы, Скорпиус уже практически забыл о случайной и крайне нежелательной встрече. Практически.
Встреча напомнила о себе сама.

Голос Остина заставил вздрогнуть. Малфой чудом не поперхнулся дымом, с трудом удерживая достоинство. К его удивлению, Вуд вовсе не собирался уходить - напротив, остановился рядом, опираясь на перила, словно так и было задумано.
- Насколько ты можешь помнить, мои вкусы в школьные годы были весьма специфичны, - оправдывать свое поведение Скорпиус совершенно не собирался. - Особенно в плане окружающих меня личностей где-то в районе шестого курса. Припоминаешь, о чем я?
Вольная провокация. Скорпиус сам до конца не осознавал, зачем это делает, почему старается задеть собеседника, почему это происходит именно сейчас. В любом случае, ему было все равно.
Было же?..

Отредактировано Rose Weasley (2018-12-05 02:57:59)

0

7

[nick]Austin Wood[/nick][status]gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Остин мог легко избежать повторной встречи со Скорпиусом на этом приеме. Все, что требовалось для этого - развернуться и покинуть балкон до того, как его заметили бы. Тем не менее, что-то заставило мужчину остаться. Возможно, дело было в гордости - с чего это ему сбегать? Возможно, в любопытстве - там, в зале, посреди толпы им было не поговорить. Возможно, было еще что-то. Давно сломанное, потерянное и забытое. Вуд не мог объяснить это чувство логически. Иронично, но с Малфоем, человеком крайне рациональным и последовательным, логика вообще не работала. Просто в эту самую секунду Вуду захотелось остаться, и в следующую он уже комфортно расположился рядом с блондином.

Остин не курил, до сих пор воротил нос от сигаретного дыма. Ему невероятно повезло, что его будущая жена тоже была противницей этой вредной привычки. Кассандра вообще была замечательной женщиной. Иногда Вуду казалось, что он её не заслуживает. В остальных же случаях он в этом твёрдо убеждался. Кэсс была слишком хороша во всех смыслах, и Остин с каждым новым днем находил все больше мелочей, которые привлекали его в ней, которые он любил.

Тем не менее, сейчас он стоял не рядом с ней, держа ее за руку и любуясь игрой света на ее белых локонах, в честь приема уложенных в аккуратную прическу. Он не улыбался нежно своей невесте и не отвечал на в сотню тысяч раз заданный вопрос, когда будет свадьба и кто будет приглашен на нее. Вместо этого он торчал на балконе, невольно вдыхая сигаретный дым курящего рядом Скорпиуса. Вместо этого он всматривался в знакомые черты и вслушивался в знакомый голос, в данный момент наполненный ядом, словно олицетворение всего змеиного факультета.

— Насколько я могу судить, тебя вполне устраивал круг твоего общения, более того,- Остин добавил ехидно, намекая на род их собственных отношений -  судя по некоторым признакам, тебе это даже доставляло удовольствие. Припоминаешь, о чем я?

Они словно дети старались задеть друг друга, бросаясь колкими фразами, раздражая друг другу намеками на их общее прошлое, которое было слишком давно, чтобы быть правдой. Вуд и сам не понимал, почему поддался на провокацию, он совершенно не жалел о том, как все закончилось между ними, даже не успев толком начаться. Его вполне устраивало то, как обстояли дела сейчас, так к чему эти игры в перетягивание каната? К чему соревноваться в том, кто кого больнее заденет. Им ведь не в чем упрекать друг друга, нет никаких незабытых обид, верно?

Когда-то, возможно, они и чувствовали что-то к друг другу. Когда-то, возможно, их тянуло к друг другу. Когда-то им достаточно было одного взгляда, чтобы растопить ледяные корки, которыми были покрыты их юные сердца. Сейчас же все, что оставалось от прежних эмоций  - это меланхоличная ностальгия по упущенной юности. Их пути слишком разошлись, теперь они просто “школьные друзья”, просто [не]знакомые.

Однако, их встреча словно потревожила старые шрамы, о существовании которых мужчины даже не подозревали, пока не столкнулись на сегодняшнем вечере. Остин понимал, что отвечать колкостью на колкость - это защитная реакция, но ничего не мог с собой поделать. Все, что угодно, лишь бы не тишина.

0

8

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Повседневная жизнь Скорпиуса Малфоя была максимально приближенной к понятию "идиллия". Каждое утро он просыпался, чувствуя запах кофе и свежеиспеченных круассанов, бельгийских вафель или яичницы с помидорами или беконом. Весь семейный быт взял на себя Алан - в доме всегда было чисто, рубашки Скорпиуса всегда были выглажены, бегонии политы, обед-ужин-завтрак в холодильнике и на плите. Максимилиан Чарли Гвендерс тоже стал основной заботой Дисприта, хотя тот и не был его отцом. Каждое утро буднего дня Малфой покидал свой уютный дом, отправляясь на интересную, не пыльную, высокооплачеваемую работу, коллеги относились к нему с уважением и, кажется, опаской.
Эта жизнь была настолько идеальной, что, порой, навевала скуку. Скорпиус давно уже свыкся с привычным укладом, давно уже воспринимал как должное все, что преподносила ему судьба. Ему было комфортно.

Остин Вуд никогда не вписывался в понятие "комфорта". Еще в школьные годы, когда им приходилось видеться украдкой, обеспокоенно вздрагивать от малейшего шороха, понижать голос даже при повседневных разговорах. Это вспышка, электричество, которое берет тебя в плен, пробегаясь по позвонкам молниеносным разрядом, заставляющая встать дыбом каждый волосок на теле. Их взаимоотношения были квинтэссенцией дискомфорта, напрягающие, неудобные. Слишком много не улаженных моментов, острых углов. В этом были свои преимущества, разумеется, если забыть о той головной боли, которая неустанно преследовала Малфоя во время их общения.
Было не слишком холодно, но мурашки по спине и шее все-таки пробежались, когда Вуд в очередной раз открыл рот, чтобы отпустить уместный комментарий. Их словесная перепалка была на грани приятельского общения и напряженной вражды, хрупкий баланс сохранялся, как натянутая струна.
- Как и тебе, - когда привычные вычурные фразы начинали чередоваться с краткими лаконичными предложениями, Скорпиус шел ва-банк. - Скажи, насколько твоя невеста осведомлена о твоих предпочтениях? Заинтересован ли ты в том, чтобы разглашать свои тайны, или же, как прежде, лицемерно скрываешь свою натуру, в надежде, что никогда больше не испытаешь подобных чувств по отношению к другой персоне твоего пола? Не подумай, что это угроза или намек на нечто подобное, я просто вообразил на момент всю гамму эмоций, которую только способно испытывать твое сознание, если однажды твоя избранница узнает нелицеприятную правду...

Наблюдение за выражением лица Остина Вуда в этот момент можно было назвать высшей степенью удовольствия. То, как медленно меняется его оттенок, выражение, огонек в глазах... Скорпиус дополнил свой монолог сдержанной улыбкой, дольше положенного задерживая взгляд на двух запретных омутах, не глядя делая последнюю глубокую затяжку и отправляя остаток дорогой сигареты с балкона вниз. Их странная словесная игра все больше затягивала, пробуждая будоражащий интерес и нечто давно забытое, дремавшее глубоко в недрах сознания.
Шах, Остин. Каким будет твой следующий шаг?

0

9

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Вуд уже тысячу раз пожалел о том, что не ушел. Текущая беседа мало походила на дружескую встречу,  скорее на словесную перепалку обиженных детей. И да, Остин готов был даже признать, что и сам он не должен был вестись на провокацию и отвечать Скорпиусу тем же. К чему это приведет? Они потреплют друг другу нервы сейчас, испортят окончательно настроение и разбегутся в разные концы света, чтобы снова встретиться лет через десять? Разумом мужчина это прекрасно понимал, однако удержаться просто не мог, его переполнял тот же яд, что сквозил и в словах блондина.

Где-то продолжался фарс торжественного вечера. Люди танцевали, смеялись, делились последними сплетнями, обсуждали музыку и угощения, дарили друг другу комплименты и хвалили хозяина вечера. Где-то за пределами этого балкона улыбалась Кассандра, слегка смущаясь, когда кто-то похвалил ее последнюю книгу, женщина и не думала, что здесь, на другом конце океана, найдутся ценители ее творчества. Невеста Вуда вообще не подозревала о многих вещах, в том числе и о разговоре, ведущемся вдали от толпы.

— О моих предпочтениях? Мерлин, Малфой ты сейчас серьезно? — Остин издал удивленный смешок, потирая переносицу и выпрямляясь.

Честно говоря, мужчина в своей невесте был уверен, если не на сто процентов, то где-то на девяносто восемь и две десятых. Он не был идеальным, Кэсс прекрасно была об этом осведомлена - сама в начале своей карьеры в желтой газетенке редактировала несколько скандальных статей про то, как "восходящую звезду квиддича" заметили в компании той или иной девушки, а то и не одной. Не все, конечно, было правдой, на то и сплетни существуют. Многое поменялось с тех пор, а его прошлое теперь обсуждалось парой с долей юмора и подколов со стороны Кассандры. Что будет, если она узнает, что Остин в школьные годы встречался с парнем? Мужчина был уверен, что ничего, просто появится новый повод для шуток, да и "встречался" - слишком громкое слово. Скорее, экспериментировал, ведь что это, если не просто проверка его сексуальности? Особенно, если взять во внимание тот факт, что Вуда и не тянуло на парней никогда - ни до, ни после.

— Мы были подростками, Скорпиус, - устало выдохнул Остин, глядя сверху на однокурсника (надо же, он все так же немного выше блондина - сантиметров на десять), он так отвык произносить это имя, — то, что мы с тобой состояли в сексуальных отношениях почти пятнадцать лет назад, еще ничего не означает. Мне не нравятся мужчины, а то, что было между нами - всего лишь детские шалости, игра гормонов. 

Вуд говорил так убедительно, что сам верил каждому своему слову, только где-то в глубине души, на самых задворках, поселился маленький червячок, поедающий его изнутри - какое-то странное чувство, не дающее успокоиться. Произнесенные им слова были на самом деле правдой, по крайней мере то, что брюнету действительно никогда не нравились мужчины. Остин не был геем или даже бисексуалом. Просто когда-то давно он встретил мальчика, в чьих стальных глазах он пропал.

0

10

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Горячая волна вновь пробежалась вдоль всего тела, как напоминание о том, что Скорпиус все-таки превысил норму употребления алкоголя на сегодняшний вечер. Он моментально пьянел, дома не позволял себе ничего, за исключением редких встреч с любимейшей вишневой настойкой, перед которой невозможно было устоять. Но сегодня был особенный вечер, вечер, с головой окунающий в ностальгию, а для правильной ностальгии необходимо было воссоздать правильное состояние. Кроме того, это состояние смыло последние крохи неловкости, позволяя Малфою безнаказанно отпускать любые комментарии в сторону Остина Вуда.
Абсолютно любые.

Он серьезен. Чересчур серьезен, чтобы воспринимать его всерьез. Вопреки ожиданиям Скорпиуса, мужчина совершенно не поднимает шумиху, напротив, его речь струится тихим ручейком, Малфою даже приходится шагнуть ближе. Шум всеобщей толпы слышен где-то далеко, за дверью балкона, за плотной тяжелой занавеской, его практически не слышно, и двое мужчин впервые за долгие годы остались наедине. Вслушиваясь в голос Остина, Скорпиус почти ему верил. Почти. На несколько мгновений их история показалась ему пережитком прошлого, в конце-концов, в новой жизни совершенно нет места для старых приятелей. Теперь, когда каждой утро его встречает Дисприт, которого он сам же выбрал, теперь, когда в семье из двоих человек появился маленький третий, и оба мужчины поровну разделили эту ответственность... глупо задумываться о том, что было и чего не было в прошлом. Историю невозможно переписать с нуля.
И все-таки, очевидно, под влиянием алкоголя, Скорпиус почувствовал странную обиду. Ведь если на секунду поверить в то, что их отношения ничего не значили, что Вуд просто "попробовал себя" и ему не понравилось, самолюбие Малфоя изрядно пострадает. Допустить подобное он не мог, или же попросту не хотел.

Территория за пределами их балкона имела все меньше значения. Скорпиус сжал одной ладонью перила, непозволительно близко от руки собеседника, шагнул ему навстречу. Он был настолько близко, что со стороны могло показаться двусмысленно. Не смотря на разницу в росте, Малфой, как и прежде, смотрел в чужие глаза так, словно они находятся на одном уровне с его собственными.
- Говоришь, тебе не нравятся мужчины? - он усмехнулся в чужие губы. Не сокращая расстояния, сохраняя хрупкую дистанцию, от которой в воздухе с каждым мгновением нарастало лютое напряжение. Его собственный голос звучал с хрипотцой, вызванной табаком, пятью порциями виски и напряжением. Мир вокруг замер, и в этом замершем мире оба не предпринимали попыток к бегству слишком долго.
Алкоголь, возможно, с примесью чего-то большего, туманил разум. Перед глазами все плыло, но Скорпиус успевал сконцентрировать внимание на чертах чужого лица. Вот так, возле Остина, он чувствовал себя гораздо более пьяным. Вся его прошлая жизнь оставалась за бортом, в то же время, тянула за собой, не позволяя Малфою сделать еще одно короткое движение и коснуться чужих губ.

Он был так близко, что ощущал чужое дыхание. Согревал своим дыханием чужую нежную кожу, в опасной близости от подбородка. Сердце забилось чаще, и глупо было бы отрицать. Пальцы почти непроизвольно накрыли запястье Вуда, находя ту заветную точку, на которой отчетливо слышалось быстрое биение пульса.
Еще несколько миллиметров, так, что между ними остается самый минимум пространства. Одно неловкое движение, и губы соприкоснулись бы сами собой. На секунду Малфой потирается своим носом о чужой, на губах расплывается бессовестная улыбка, и он шепчет:
- Все та же морозная свежесть?
Секунду спустя мужчина отстраняется первым, так и не поцеловав свою жертву. Удержавшись силой, несколько раз напомнив себе, что не имеет на это права, не должен, не так.
Он всего лишь напомнил Остину, кто он есть.
И, похоже, поставил мат в их нелепой игре.

0

11

[nick]Austin Wood[/nick][status]gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Было бы странно, если бы блондин не нанес ответный удар, ведь для бывшего слизеринца гордость была превыше всего, и допустить, чтобы кто-то топтался на ней, он, естественно не мог. Его самолюбие не потерпит такого краха: Скорпиус Гиперион Малфой не может быть просто объектом для экспериментов над собственной сексуальностью. Остин понимал это, как понимал, что сам загнал себя в ловушку, построенную на лжи. Да, Вуда никогда не привлекали другие мужчины, однако Малфой был всегда чем-то особенным, он выделялся из общей массы. Он притягивал к себе, словно мощный магнит, и когда-то давно Вуд не смог устоять. Остину хватает смелости, чтобы не отвести взгляд. Ему даже хватает смелости прошипеть:

— Представь себе, Малфой, не все в нашем мире играют за другую команду.

Спортсмен смотрит на своего "школьного друга" с вызовом, пряча глубоко внутри целый ураган чувств, вызванных воспоминаниями из далекого прошлого. Нет, он не позволит себе Скорпиусу разрушить тот хрупкий мир, что был построен за те годы, что развели этих двоих по разным городам и даже странам. Вуд не позволит тоске по чему-то такому далекому овладеть им сейчас. Упущенного не вернешь. Так ведь?

Остин проиграл... Он понимает это четко, когда Малфой делает свой ход. Шах и мат. Дыхание блондина согревает его кожу, напоминая о чем-то давно забытом, о чем-то из другой жизни. Считанные миллиметры отделяют их губы, но сейчас это расстояние кажется таким огромным, словно они снова находятся в разных сторонах света. Скорпиус улыбается, и эта ухмылка выбивает почву из-под ног, ударяет под дых.

«Что, Мерлин его раздери, он творит??» - паническая мысль проносится в голове, отключая все барьеры, что так тщательно выстраивал мужчина.

Он не понимал, чего добивается Скорпиус, зачем пытается что-то ему (себе?) доказать. Секунда длится вечность, за которую Остин успел надумать миллион причин тому, что сейчас происходило, и к чему все идет: в какой-то миг он даже ожидал столкновения их губ. Вместо этого на него айсбергом обрушиваются слова блондина, а затем становится слишком пусто, пространство рядом с ним освобождается - Малфой отстраняется, ставя точку в этой игре. Остин горько ухмыляется, тихо отвечая на вопрос:

— Некоторые привычки не меняются..

Остин все еще находится в каком-то трансе, прикованный к месту взглядом стальных глаз своего оппонента. Он проиграл, потому что на какой-то краткий миг ему хотелось, чтобы Малфой его поцеловал. Мужчина тонет в воспоминаниях, так [не]вовремя всплывших на поверхность его сознания, но реальность все еще держит его, он ведь знает, что сейчас он просто не имеет права на эти смешанные чувства, встревоженные встречей со Скорпиусом. Нет, ничего подобного не может быть: все это - история из прошлого. Между ними все закончилось пятнадцать лет назад. А то, что глаза блондина на секунду кажутся полными какого-то сожаления и тоски - полный абсурд и игра воображения. И алкоголя. Только и всего.

Остин берет себя в руки и делает шаг навстречу, затем другой. И если он и выглядел так, будто собирался врезать Скорпиусу, кто тому виной? Возможно, и врезал бы, если бы блондин сказал еще что-нибудь едкое, но в итоге мужчина просто обошел собеседника и направился ко входу в помещение, там Остин на миг остановился, повернувшись к Малфою.

— По крайней мере, от меня не несет сигаретами, - в качестве небольшой мести произносит он, прежде чем скрыться за дверью.

0

12

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Скорпиус ждал от него ответного шага. Этот странный вальс, игра по правилам, известным только им двоим, не должна была заканчиваться. Впрочем, ее окончание тоже можно было принять за ответ - Остин проходит мимо него, едва не задев плечом, создав движение воздуха совсем рядом, и скрывается за дверью, возвращаясь в теплое помещение, где царит привычная атмосфера лживого лицемерия, а официанты в дорогих костюмах разносят подносы с закусками и разноцветными, яркими коктейлями.
На балконе враз стало холоднее, чем минуту назад. Пока между собеседниками накалялась страсть, разряженный воздух казался горячим, после финала же мороз пробирал до костей, заставляя поежиться и невольно пожалеть о прервавшейся словесной перепалке.
Выждав зачем-то несколько секунд, Скорпиус Малфой, в привычной манере нацепив на себя маску презрительного равнодушия, вернулся в теплое помещение, к изобилию посторонних запахов и звуков. Невольно он сразу вырвал образ Остина Вуда из общей толпы, сконцентрировал на нем внимания, провожая взглядом, затем, с коротким, но шумным вздохом, отпустил.
Рядом так вовремя возник официант с серебряным подносом, на котором стоял стакан с вишневым ликером. Любимое лакомство, мимо которого Скорпиус Малфой никогда не мог пройти, как, впрочем, не мог устоять и против мармеладных драконов.

Веселье продолжалось еще несколько часов - до глубокой ночи. Скорпиус успел пригубить еще несколько напитков, в голове снова шумело, картина мира то приобретала четкие очертания, то, напротив, расплывалась в глазах. Изредка он вновь ловил взглядом бывшего однокурсника, ревностно отмечал его прикосновения к находившейся рядом женщине.
Подобные приемы не редко заканчивались балом - как минимум это было причиной, по которой гости всегда наряжались как можно более празднично, а дамы были вынуждены облачиться в платья. Скорпиус не любил весь этот официоз, танцы считал непродуктивным применением физических сил и тратой ценного времени, но все равно был вынужден соблюсти традицию. Вышла небольшая заминка - у него не было партнерши.
Содержимое стакана мужчина влил в себя залпом, прежде чем осуществить задуманное - решительно, на удивление, сохраняя твердость поступи, он направился прямиком к Кассандре-будущей-Вуд, отвлекая ее от ее собеседника.
- Вы позволите? - Малфой протянул женщине руку, а та, исключительно из-за норм приличия, не смогла бы ему отказать. - Обещаю вернуть твою даму в целости и сохранности через четыре с половиной минуты.

Это доставляло особое садистское удовольствие. Малфой не мог перестать представлять, как рука Остина, точно так же, как и его сейчас, ложится на эту тонкую талию каждый вечер. Его женщина, лишь на несколько минут оказавшаяся в руках Скорпиуса, была лишь очередной попыткой вывести Вуда из себя и стереть с его лица фальшивую улыбку. Он еще пожалеет, что посетил этот вечер. Если уже не пожалел.
Как и было обещано, Малфой возвращает спутницу Остина ему лично в руки, после чего отвешивает паре короткий поклон и движется к выходу. Официальная часть закончена - большинство семей задержится дольше, где прием станет более раскрепощенным и наполненным спиртными напитками, но некоторые, как и Малфой, удалятся сразу после выполненного долга.
Бал для тех, кто решил остаться, продолжился. Бал для Скорпиуса Малфоя завершился невозможностью пригласить на танец того, кого ему действительно по какой-то неведомой причине хотелось.
Но вернуться домой сейчас мужчина не мог. Он спустился по лестнице вниз, выскользнул на улицу, глотнул направленный прямо в лицо поток холодного воздуха и прислонился спиной к холодной каменной стене.
Сердце отчего-то билось чаще, а изнутри по всему телу распространился жар. Коктейль был лишним. Кружащий голову танец с чужой дамой был лишним. Сама встреча с Остином Вудом была катастрофической ошибкой, повторить которую мужчина не согласился бы даже за сотню мармеладных драконов.
Разве что за еще один стакан тягучей красной жидкости, любимой вишневой настойки, способной отключить мозг и вернуть Малфоя в мир воспоминаний о бурной молодости и чужих горячих ладоней под своей рубашкой.

Отредактировано Rose Weasley (2018-12-06 02:35:38)

0

13

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Как бы абсурдно это не звучало, в душной зале, переполненной людьми, Остину дышалось свободнее. Словно небольшое пространство, именуемое балконом и предназначенное для того, чтобы остудить разгоряченные алкоголем и танцами тела, совершенно не справлялось со своей функцией. Однако что-то подсказывало, что причиной служило нечто иное. Можно даже сказать, некто иной. Мужчина даже не замечал, насколько сильно напряженным был воздух там на балконе, пока он не покинул его и не вернулся к своей невесте.

—У тебя все в порядке?  — обеспокоенно поинтересовалась Кассандра, дотронувшись до его локтя.

Остин с трудом сдержался, чтобы не отдернуть свою руку - сейчас любой физический контакт вызывал у него отвращение, ему даже удалось не скривить лицо в гримасу. Вечер абсолютно был испорчен, словно виноград, прокисший от долгого лежания, тем не менее, портить настроение другим звезда квиддича не собирался.

— Всё замечательно.

Вместо этого брюнет улыбнулся и, взяв Кэсси за руку, повел её в центр зала, где собрались парочки на первый вальс. Все вернулось на круги своя, и так бы и продолжалось, если бы не вмешательство одного весьма настойчивого “школьного друга”. Вуд предполагал, что инцидент с Малфоем исчерпан, и обмен колкостями, произошедший на балконе, поставил жирную точку в истории их взаимодействия на данном приеме. Оказалось, что блондин имел иную точку зрения, что было не удивительным, так как еще со школьных времен они редко сходились во мнениях. Тем не менее, мотивы для последующего поступка Скорпиуса были совершенно не ясны.

Впрочем, Остин размышлять над этим не собирался. Сейчас его переполняла злость и одна единственная мысль: “Как. Он. Смеет?!”.  Скорпиус Гиперион Малфой пересек черту дозволенного, а, значит, подписал сам себе смертный приговор. Остин был жутким собственником, и ему совершенно не нравилось, что его невеста оказалась замешана во всей этой драме, оставалось надеяться, что Малфой пригласил ее на танец только для того, чтобы позлить Вуда - что ему, надо признать, удалось.

Остин прожигал взглядом танцующую пару, и размышлял как бы сдержаться и не набить Малфою морду прилюдно. Проходящий мимо официант предложил бурбон, и мужчина посчитал, что он не в том настроении, чтобы отказаться. Может, виски его успокоит.
Кассандру вернули в целости и сохранности и даже в хорошем расположении духа, хотя Остин до последнего опасался того, что его бывший парень скажет его невесте какую-нибудь гадость. Кажется, обошлось, и наверное, это злило мужчину еще больше - что это за выходка такая? Зачем? Разве они не достаточно сказали друг другу ранее?

Кэсси щебетала про то, что у Остина очень галантный друг, и что он обязан пригласить его как-нибудь на ужин, а также что-то о приглашении на свадьбу, но жених ее не слушал, болтая янтарную жидкость в стакане и наблюдая за удаляющейся фигурой Малфоя.

— Остин?
Вуд поднял вопросительный взгляд на Кассандру и, прокашлявшись, извинился:

— Прости, я задумался, ты что-то спросила?
— Может, нам пора домой, ты выглядишь усталым?
— Думаю, ты права, я только.. Я сейчас.

Выпив залпом остатки бурбона, Мужчина направился к выходу вслед за блондином. Малфой ошибается, если думает, что последнее слово будет за ним. Зря он приблизился к его невесте. Скорпиус обнаружился недалеко от выхода и, казалось, умиротворенно стоял, прислонившись к стене.

— И что ты себе позволяешь? - почти сквозь зубы прошипел Остин, подойдя к блондину почти вплотную и схватив его за воротник явно дорогостоящей рубашки,  - Держись от нее подальше! - мужчина сопровождал свои слова жестом указательного пальца

Отредактировано Lucy Weasley (2018-12-08 07:18:56)

+1

14

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Для ясности следует в очередной раз уточнить,  что Скорпиуса Малфоя категорически не устраивало текущее положение дел. Легкий туман с нотками карусели в голове не позволял ни опомниться,  ни окончательно забыться. Больше всего в такой момент хотелось оказаться дома, уютная атмосфера и бархатная обшивка кресел Малфой-мэнора манили к себе, но вот парадокс - как раз туда Скорпиус трансгрессировать особым желанием не горел. Ведь ему предстоял длительный разговор с Диспритом и размеренный, привычный, ничем не примечательный семейный вечер. Возможно,  секс,  удовольствие от которого было притуплено необходимостью и посредственностью сего действа. Затем утро,  призванное окончательно стереть вечернее наваждение.
От роли примерного семьянина Малфою порядком хотелось отдохнуть. События последних нескольких лет неустанно преследовали его,  отражаясь в лице сына,  отражаясь по утрам в собственном лице в жестоко правдивой поверхности зеркала. Скорпиус устал. И сам не мог осознать степень своей усталости до тех пор пор, пока вплотную не столкнулся с призраком прошлого,  которого,  как он думал,  мужчина успел основательно позабыть и отпустить восвояси.

Вспомни черта. Остин Вуд каменной стеной вырастает перед его взором,  раскрасневшийся, что неудивительно, изрядно озлобленный. Стоило на секунду прикрыть глаза,  позволяя телу расслабиться, как чужие руки сомкнулись на вороте рубашки, а сам призрак прошлого оказался непозволительно близко. Настолько, что мужчина вновь чувствовал свежесть его дыхания,  в котором теперь отчетливо различалась пряность и крепость бурбона,  и от одного этого осознания улыбка непроизвольно расползалась по заносчивому слизеринскому лицу.
- Уровень твоего интеллекта и природная сообразительность сбивают с толку не меньше, чем крепкие спиртные напитки,  которыми ты злоупотребляешь этим вечером, - Скорпиус никогда не признает, что наслаждается каждой секундой этого общества. - Что, позволь уточнить,  я мог бы сделать твоей очаровательной супруге?
Собственные ладони, повинуюсь неведомому инстинкту,  взлетают выше,  находя идеальное место на чужой талии. Пальцы сжимают ткань, прикрывающую тело Вуда, тем самым невольно прижимая спортсмена ближе к себе, оставляя всего несколько сантиметров между носами и звенящее напряжение. Они словно снова студенты,  ютящиеся в коридорах школы,  скрываемые покровом ночи, тайком пробирающиеся в еще более укромное место,  чтобы нетерпеливо сорвать друг с друга одежду.

Скорпиус остро чувствует потребность в чужих губах, языке, влажно рисующем узоры вдоль тонкой шеи, ему необходимо коснуться пальцами чужой обнаженной кожи. Эта пытка стократ сильнее обычного опьянения. Напряжение распространилось по телу, собираясь в одну точку, настолько отчетливо и ярко, что Малфой даже не старался скрыть это от своего собеседника. Маячившая на фоне мысль о его будущей жене и Дисприте лишь немного остужала пыл, в корне не спасая ситуацию.
- Тебя ждут, - невесть откуда взявшаяся хрипотца в голосе добавляет пикантности, а любовь к сложносочиненным предложениям растворяется в наступившей тишине.
Скорпиус в последний раз сильно сжимает пальцами ткань, отчетливо не желая позволить Остину уйти. Его губы слишком близко, это дразнит и держит в напряжении,  вокруг пары как будто кто-то откачал весь воздух. Достаточно одного короткого движения,  чтобы вновь почувствовать вкус Остина, и Малфой не сопротивлялся бы - но действовать сам он не может; сохраняя последние капли порядочности и уважения к своему партнеру по жизни.

Отредактировано Rose Weasley (2018-12-15 22:01:18)

+1

15

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
when i was a child
i'd sit for hours
staring into open flames
something in it had a power
could barely tear my eyes away

Существуют люди, к которым ты летишь, словно мотылек к открытому пламени, привлеченный яркостью и теплотой, но как любой огонь они обжигают стоит приблизиться, опаляют твои крылья, разрушая тебя до серого пепла. Ты знаешь, нутром чуешь, что близость с ними ни к чему хорошему не приведет, однако тебя притягивает к ним, как к магниту, и ты врастаешь в них кожей так сильно, что вас уже не оторвать друг друга безболезненно. Нет, ты не единственная жертва в этом - вы взаимно уничтожаете друг друга, вгрызаетесь друг другу в глотку, разрываете друг друга на кусочки, лишь бы заглушить этот голод, что мучает вас обоих. Ты можешь ненавидеть каждую черту в таком человеке, презирать его, втаптывать в грязь каждый раз, когда вы сталкиваетесь, но это не меняет того факта, что в итоге вы все равно оказываетесь близко, так близко, что между вами не остается места даже воздуху.

Остин разъяренно смотрел в глаза своему оппоненту, но в них не наблюдалось ни испуга, ни ответной злости, - той реакции, что мужчина ожидал увидеть. Малфой был слишком спокоен, равнодушен, его губы растянулись в насмешливую улыбку, а голос звучал снисходительно, жалеюще. Скорпиус умел говорить так, словно он находился выше своего собеседника, словно он лучше других по всем параметрам. Вуда данная привычка всегда раздражала до скрежета зубов, потому что блондин находил нужные слова, знал, что сказать. И самое неприятное заключалось в том, что в девяносто процентах случаев его логика побеждала. Малфой редко оказывался неправ, и действительно, что он мог сделать Кассандре? Тем не менее признавать это брюнет не собирался. Вместо ответа на провокационный вопрос, Остин прошипел:

— Что бы ты не задумал, Малфой, - он невольно толкнул мужчину в стену, что тот несильно задел ее затылком, - не впутывай в это Кассандру. Я тебя предупредил.

Возможно, Остин немного поддался паранойе, считая, что у Малфоя обязательно есть какой-то план, и данный поступок был не импульсивной попыткой позлить человека, с которым они ранее тем вечером разошлись не на дружеской ноте. Вуд просто не мог исключать и какие-то иные мотивы, так как, кому как не Скорпиусу знать о том, что спортсмен был ужасным собственником, и что его реакция на выходку блондина будет такой предсказуемой.

За своей злостью мужчина слишком поздно заметил, насколько они близко теперь стояли. Чужие руки на талии словно раскаленное железо - обжигали даже сквозь одежду - их присутствие там будило те воспоминания, что сегодня раз за разом всплывали из темных уголков памяти, воспоминания, от которых Вуд так рьяно пытался убежать, ведь на удивление память о событиях того времени была сильна в деталях. Словно не было всех этих лет спокойствия и их существования по отдельности. Словно чужое дыхание на его губах было так же естественно, как этот обжигающий взгляд стальных глаз. Словно жар чужого тела, вжатого в холодную стену здания, был самой правильной вещью во всей вселенной. Недвусмысленная реакция Малфоя вызывала ответную в его собственном теле, рука, сжимающая ворот рубашки блондина, перемещается на шею сзади, длинные пальцы зарываются в белые пряди волос на затылке.

Логически Остин понимал, что это не может быть правильным. У них обоих есть люди, которые должны быть на этом месте вместо чужого супруга, но он как загипнотизированный смотрел в глаза - эти стальные озера, в которых отражалась сейчас животная и первобытная страсть, ему хотелось впиться в эти бледные губы, искусать их до крови, услышать сорванные с них стоны, как тогда в закоулках школы, где они прятались от всего мира. Этот хриплый голос вызывал мурашки по всему телу. Однако Остин не мог преодолеть эту последнюю черту. Не смел поддаваться своим желаниям. Скорпиус был прав - Вуда ждали. Ждали для того, чтобы уйти домой вместе и согреваться в объятиях друг друга в этот зимний вечер. Мужчина, наконец, вспомнил и о Кассандре, и о том, что у Скорпиуса тоже была семья, и что им вообще не стоило приближаться друг к другу.
Усилием воли спортсмен заставляет себя оторваться от желанного - к  чему тут отрицать уже? - тела, отцепляет от себя руки блондина и делает дополнительный шаг назад, поправляя свою одежду. Он не знал, что сказать, как реагировать на все то, что произошло в последнюю минуту. Осознание своей слабости отрезвляло не хуже ледяного воздуха улицы.

— Тебе тоже пора к мужу.

Произносит Остин, отводя взгляд от серых пронзительных глаз Скорпиуса. Все возбуждение смыло под волной стыда, который внезапно накрыл мужчину с головой. Весь вечер вообще состоял из одних ошибок. Непоправимых ошибок, однако самокопание Вуд оставит на потом - ему еще ни раз придется прокручивать в голове этот вечер, чтобы к своему ужасу осознать, что он все еще имел чувства к этому человеку. Скорпиус Гиперион Малфой все так же имел власть над его телом, как и много лет назад, когда они спасались в объятиях друг друга. Сейчас же их притяжение могло погубить их обоих, посему Остин произносит короткое "Доброй ночи" и поднимается в дом, чтобы забрать свою невесту и покинуть этот проклятый вечер. И если в ту ночь, вжимая стонущую Кассандру в мягкую перину кровати, Вуд думал совсем о другом человеке - что ж, об этом знать будет только он сам и его совесть.

+1

16

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]

- Письмо. Адресовано тебе, - Дисприт стоит в дверном проеме их общей спальни, чуть щурит глаза. В них нет подозрения, ведь кристальное доверие Алана распространяется на всю личную жизнь супруга, включая его совиную почту. Лишь легкие, едва заметные нотки удивления проскальзывают в голосе, так, словно мужчина до сих пор не решил, следует ли задать вопрос, который звучал бы: "Кассандра? Кто такая Кассандра и как давно вы общаетесь?". Здесь в нотках голоса не скользила бы ревность. Банальное любопытство, которое Дисприт сам собой задавил.
Скорпиус тянется за письмом, уже в следующее мгновение сжимает в пальцах жесткий бумажный конверт, спросоня плохо разбирает буквы, покрывающие пергамент в несколько ровных рядов. Утренний свет прямым лучом освещал аккуратный женский почерк, где с трепетом была выведена каждая буква имени. Кассандра. Несколько секунд мужчина пытается вспомнить, где слышал его прежде - в голове стремительно проносится вихрь воспоминаний, и его немедленно захватывает в плен букет из запахов, пережитых ранее ощущений и чувств. С того дня, когда он в последний раз видел Остина Вуда, прошло уже больше недели, а мысли до сих пор возвращаются туда, в тесное пространство, в спертый воздух меж двух до предела разгоряченных тел.
К сожалению, ничего нельзя было вернуть, чтобы довести тот миг до логического эмоционального предела. Возможно, это избавило бы Малфоя от бессмысленных, поражающих своей грубой откровенностью сновидений, сводивших с ума практически каждую ночь.
Несколько раз Скорпиус пробегается взглядом по строкам с едва заметным небрежным наклоном, но суть раз за разом ускользает от измученного, еще не пришедшего в себя сознания. Хотя, казалось бы, что может быть проще - ведь это всего лишь приглашение на ужин, "вы, кажется, близко дружили с Остином в школе"... Что-то про впечатления от пережитого бала, знакомства... Малфой хмурит брови. На решение уходит множество мгновений, длящихся бесконечно.

Тонкая трель дверного звонка режет слух, заставляя едва уловимо поморщиться. Робкая надежда, что дома никого нет, тонет в предвкушении предстоящей встречи. Тихие шаги за дверью дают возможность подготовиться, привести в порядок эмоции, расслабить мышцы лица, чтобы выглядеть как можно более непринужденно и просто - сохранив, естественно, внутренний стержень и наглость, с которой вскоре в улыбке растянутся тонкие губы.
Дверь отворяет прекрасная леди, при виде которой улыбка вырывается даже раньше времени. Скорпиус подготовился к такой теплое встрече - в его протянутой руке был зажат небольшой букет алых голландских роз, сорванных совсем недавно в собственном небольшом саду. Горсть мертвых, но еще не утративших свое неземное очарование цветов, вызывающих у многих женщин и некоторых мужчин восторженную улыбку. Он приветливо здоровается, протягивая подарок, и слышит в ответ что-то про галантных англичан.
Наличие хороших манер подсказывало в первую очередь похвалить убранство дома. Мужчина проделал это вполголоса, скромно, не привлекая излишнего внимания своим восторгом. Мысленно он не мог не отметить, что обстановка в Малфой-мэноре гораздо ближе к понятию "аристократичность", хоть и жилье Вуда с его новой пассией отличалось своеобразным уютом.

Он до сих пор не решил, можно ли считать здравым принятое решение. Ведь, привычно коротко целуя Алана за завтраком в губы, мужчина продолжал мысленно выстраивать в голове всевозможные пути развития сегодняшнего вечера. И нельзя было не признать, что сердце учащало свой ритм, когда перед глазами вновь всплывали картины завершения прошлой совместной встречи. Близость Вуда пьянила его всегда, даже в школьное время, когда сам по себе Скорпиус представлял собой лишь скопление мальчишеских гормонов, а сопротивляться этому чувству было тяжело несмотря на все прошедшие годы.
Горячая волна затопила Малфоя с головой, сосредоточившись плотным шариком внизу живота, когда, проходя в гостиную, он столкнулся взглядом со своей школьной влюбленностью. Сегодня Остин не выглядел так торжественно, в нем были некоторые "домашние" нотки, которые несли за собой уже совсем иное очарование. Невероятных усилий стоило сохранить достоинство, и здесь как раз в силу вступала наглость на растянувшихся в обманчиво приветливой улыбке губах.
- Твоя прекрасная леди любезно пригласила меня разделить трапезу, присоединившись к вам сегодня за ужином, - с ледяным спокойствием в голосе объяснял Малфой, еще более нагло протягивая ладонь для рукопожатия.
Хотя даже в мыслях прикосновение чужих пальцев могло обжечь.

+1

17

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
— Ты что сделала?! – Остин удивленно воззрился на свою невесту.

Когда Кассандра за завтраком будничным тоном сообщила своему будущему мужу, что в следующую пятницу к ним на ужин она пригласила «его школьного друга», Вуд, мягко говоря, опешил. Девушка даже не посоветовалась с ним, прежде чем организовать сие мероприятие. Остин негодовал. Даже еле сдержался, чтобы не повысить голос на свою будущую жену. К счастью, мужчина просто свел все к серьезной беседе, в ходе которой попытался донести до американки свою точку зрения, дескать, приглашать в их дом Скорпиуса Малфоя – не очень хорошая идея. Да, конечно, они когда-то дружили [внутренний голос ехидно подсказал, что если это назвать дружбой, то их с Кассандрой дружба вышла на новый уровень], но их общение прекратилось не на самой приятной ноте. 

На что Кэсси заметила, что они оба – взрослые люди, и, может, это шанс поговорить и утрясти былые обиды. К тому же, Малфой ей показался рассудительным человеком, и, пожалуй, единственным из былого круга общения Остина, кто показался ей интересным.

  – Ну, милый, мне же интересно узнать о твоих школьных годах! Да и потом, твой друг уже принял приглашение! Не могу же я сказать, что мы вдруг передумали!

Принял ли на самом деле Скорпиус приглашение, Вуд наверняка не знал, ведь с Кассандры станется приукрасить правду – хватка у нее была журналистская, она могла вполне озвучить желаемый результат и выдать его за действительность. Однако спорить Остин прекрастил. Постарался выкинуть из головы любые мысли о предстоящем званом ужине и занялся своими делами.

В день, когда был запланирован визит Малфоя, впрочем, Вуд вел себя крайне нервно. Он раз за разом прокручивал в голове то, что произошло на рождественском приеме, и не мог прийти к однозначному выводу сразу по нескольким аспектам. Во-первых, Скорпиус повел себя достаточно провокационно, знал же, приглашая невесту Остина на танец, что тот отреагирует негативно. Рейвенкловец всегда был ревнивым собственником. Пожалуй, даже в их отношениях это не раз влекло к ссорам. Но чего слизеринец добивался? Привлекал внимание к себе? Просто решил позлить?
Во-вторых, зачем ему принимать приглашение Кассандры? Не мог вежливо сослаться на свои важные дела, которых, Остин уверен, у Скорпиуса действительно хватает?

И, в-третьих, что, по сути, было главной причиной внутренних терзаний Вуда, мужчина не понимал, почему после стольких лет, его снова так тянет к своему бывшему возлюбленному. Они расстались чуть меньше пятнадцати лет назад, разбежались по разным уголкам мира [или вернее сказать, что это Остин сбежал?], продолжили свои жизни порознь, и ни о чем не жалели; у обоих появилась семья или возлюбленные. Так что же изменилось?

Почему стоит Остину увидеть серебро глаз Малфоя, его бросает в жар и дыхание перехватывает? Неужели его все еще привлекает этот блондин? Вуд же и не вспоминал о нем, пока на другом континенте добивался побед, как в спорте, так и в личной жизни – с Кассандрой они не сразу нашли общий язык, но когда это произошло, их стоны не смолкали до самого утра. 

Снова видеть перед собой знакомые черты лица, жадно впиваться в них взглядом, слышать знакомый и в то же время такой фальшивый голос – поверьте, Остин мог различить, когда Скорпиус говорил искренне, а когда нет.

—  Это было совместным решением, и мы рады, что ты нашел время нас навестить, -  не мене елейно отвечает Остин, пожимая ладонь гостя.

Мы, наш, нас – мужчина намеренно чертит эту грань, разделяя свое и чужое. Мы – теперь это он и Кассандра, Скорпиус же относился теперь к категории «вы». Но, раздери вас пикси, если от банального рукопожатия по телу прошелся ток, то как же он выдержит этот вечер?

— Прошу к столу, уверен, тебе понравится, что Кэсси приготовила, —  нежно целуя невесту в висок, Остин приглашает Малфоя к столу.

Это был его дом, его территория, он чувствовал себя здесь хозяином, обладал властью и влиянием. И все же от пронзительного стального взгляда хотелось сбежать. Впрочем, Остин Вуд умело это скрывал.

+1

18

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]

Скорпиус Малфой далеко не всегда мог с точностью просчитать последствия принятых ранее решений. Как один огромный пример - даже заподозрив, что в очередной раз увидеть Остина Вуда будет нелегко, мужчина все равно не был готов к тому, что одно прикосновение давнего знакомого заставит тело трепетать. Колоссальных усилий стоило сохранить равнодушное выражение лица, украсив его лишь очередной легкой улыбкой. Он словно снова оказался в кругу лицемерных аристократов, где, чем больше ты улыбаешься и чем меньше разговариваешь, тем более уважаемым гостем тебя сочтут окружающие. В этой игре Скорпиусу не было равных, после всех посещенных приемов, балов, после нескольких лет работы в министерстве под час общего военного положения. Он блестяще умел скрывать свои эмоции в тяжелом дубовом ящике под замком, ключ от которого был спрятан настолько надежно, что даже сам Малфой, при необходимости, не всегда был способен его отыскать.
Букет роз был определен в небольшую высокую вазу и водружен в самый центр обеденного стола. Скорпиус не мог не отметить блестящую сервировку, вполголоса сделал очередной комплимент хозяйки, подчеркнув, что расположение блюд смотрится свежо и оригинально, а количество столовых приборов в точности соответствует его представлению о разумном этикете.
- Последний раз такое разнообразие лакомств я наблюдал еще в годы учебы в Хогвартсе, - мужчина неспешно занял предложенное ему место, ровно напротив хозяина дома. - Должно быть, на это ушло не мало часов у плиты? Сам я практически не готовлю, но могу представить, какой это тяжелый труд.
Поддерживать светскую беседу оказалось гораздо легче, чем могло показаться сначала. С Кассандрой было легко - от обсуждения готовки они перешли к теме изысканного вкуса приготовленных яств. Скорпиус ел мало, по правде, сегодня вечером кусок не лез в горло, особенно когда при малейшей попытке оторвать взгляд от тарелки он видел перед собой Остина Вуда. Такое зрелище кому угодно отобьет аппетит, впрочем, озвучивать эту мысль вслух Малфой не решился.

После первого и второго блюда, в соответствии с правилами хорошего тона при приеме гостей, следовал десерт. Скорпиус, едва расправившись с содержимым своей тарелки, даже не представлял, каким образом сможет разместить у себя в желудке еще хоть что-то, но отказывать не рискнул. Кассандра поднялась из-за стола, чтобы подать сладкое, и вышла из комнаты, ненадолго оставляя мужчин наедине.
В этот момент особенно остро почувствовалась напряженная тишина, пролегшая между ними. Стоило только встретиться взглядом глаз, чтобы безмолвно обменяться репликами в духе "удивлен, что ты был причастен к моему приглашению", - "удивлен, что ты это приглашение принял". Дискомфорт лишь усиливало равномерное тиканье часов, разрезающее тишину на мелкие части. Одним воздухом с Остином невыносимо было даже дышать, но Скорпиус не подавал виду - прямая осанка и уверенный взгляд в течение последних сорока минут подчеркивали, что он чувствует себя, как дома. Даже находясь на чужой территории, он вел себя, как хозяин. Он учтиво общался с почти-миссис-Вуд. И только теперь, в тишине, Малфой ощущал, что он постепенно теряет лидерство.
Это стоило немедленно исправлять.
Скорпиус мог бы поклясться Мерлином, что первое инстинктивное движение ноги он не вызывал. Лишь начав тянуться вперед, чувствуя вновь заливающую волну жара по всему телу, он понял, что только так действительно почувствует себя снова главным. И в момент, когда его ступня мягким движением накрыла под столом чужую, мужчина больше не удивлялся собственному внезапному порыву.
Он не сказал ни слова. Ни единого слова вслух, но как же красноречиво было движение ноги, мягко поглаживающей чужую. В это же время Малфой поднял глаза, встречаясь взглядом с чужими, и он точно знал, что в собственных зрачках отражается лишь уверенность и спокойствие, которого прежде не было.

+1

19

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]Все шло на удивление хорошо. Остин всегда поражался выдержке Скорпиуса, еще в школьные годы тот умел держать лицо. Учтивый, вежливый, спокойный - ни один мускул не дрогнет. Да, возможно, частенько это умение принимали за высокомерие (хотя, может быть, и были правы), но на самом деле Малфой просто с детства натренирован скрывать все, что творится в его голове за отстраненностью или галантностью - в зависимости от ситуации. Когда-то это ужасно выводило Остина из себя, он сравнивал однокурсника с безэмоциональным роботом. После он уже понимал, что иначе Скорпиусу было не выжить. Сейчас же мужчина был даже благодарен, что ни одна эмоция на лице гостя не показала, что тому крайне неуютно находиться в этом доме.

За столом велась дружелюбная беседа. Кассандра с любопытством расспрашивала о Хогвартсе, Скорпиус делал вид, что ему очень интересно отвечать на ее вопросы, Остин же периодически вставлял реплику-другую, чтобы не выдать своего недовольства происходящим. Возможно, зря он боялся, и действительно,  ничего страшного не произойдет. Может быть, после этого вечера он и не увидит Малфоя больше. Максимум на свадьбе, на которую, вполне возможно, Кэсси тоже предложит пригласить "школьного друга". Главное, случайно не подать ей эту идею.

Когда невеста Вуда удалилась на кухню за десертом, атмосфера резко сменилась. Словно вся дружелюбность и гостеприимство испарились вместе с девушкой. Остались лишь вопросительные взгляды, брошенные с противоположных сторон стола, и напряженная тишина. Им нечего было обсуждать. Они все уже друг другу сказали на том приеме. Малфою не за чем было приходить. Остин хотел было уже выдать вслух что-то ехидное, чтобы вывести его из равновесия, как вдруг почувствовал прикосновение чужой ступни. Движение настолько осторожное, мягкое. Настолько интимное, (не)правильное.

Остин вскидывает удивленный взгляд на блондина и понимает, что сделал ошибку. Возможно, самую главную ошибку в своей жизни. Скорпиус смотрел на него уверенно, словно его это ничуть не волновало, словно он для себя уже все решил. Его взгляд притягивает, завораживает, заставляет поверить в то, что так и должно быть. По-хорошему, нужно было отдернуть ногу, сделать вид, что ничего не было. По-хорошему, нужно дать понять, что все это - неправильно и ненужно никому из них. Тем не менее, Остин продолжал тонуть в стали глаз напротив, и чувствовал как через прикосновение ног под столом жар передается от одного тела к другому.

Момент разрушен, когда возвращается Кэсси с десертами. Мужчина резко прерывает прикосновение, откашливается и произносит:

— Ты просто обязан попробовать штрудель, - он кидает осторожный взгляд на невесту, но она ничего не заметила, и его нервозность отпускает, Остин расслабляется и делает мысленную заметку порефлексировать позже. 

Ужин продолжился. Все в той же дружелюбно-приятельской манере, только теперь оживился и Вуд, сам предлагая темы для обсуждения - в основном, чтобы Кэсс отвлекалась немного от расспросов и рассказывала о себе и ее школьных годах. После десерта хозяин дома предложил переместиться в гостиную, где трое разместились на удобных диванах и креслах. Кассандра откуда-то притащила школьные альбомы и уговорила мужчин предаться воспоминаниям. Был принесен виски - шотландский, двенадцатилетней выдержки, один из любимых напитков Остина.

—Ты помнишь Рейчел? - Остин спросил показав на колдографию, на которой они с Хаммел изображают двух серьезных выпускников, а потом прыскают от смеха, кажется, услышав комментарий Нортона - Миссис Поттер теперь, надо же.

Сейчас, когда в руках стакан с янтарной жидкостью, Остин был максимально расслаблен. Тем не менее он мысленно все еще возвращался к тому моменту в столовой. Увидев знакомые ярко-голубые глаза на карточке, Вуд вдруг спросил, поднимая взгляд на Скорпиуса:

— А как Анна? Ты с ней поддерживаешь связь?

Отредактировано Mason Duke (2019-07-06 16:26:40)

+1

20

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]

Миллиарды секунд сводятся в один миг, миг, когда Остин Вуд, вздрогнув, отдергивает ногу, бросая короткий настороженный взгляд на будущую супругу. Электричество рушится, взамен напряжению приходит волна облегчения, ведь сам Скорпиус понятия не имел, что нужно делать дальше. Гораздо легче оказалось вновь отстранено улыбнуться, учтиво кивнуть на предложение получить кусочек штруделя, вновь взяться за десертную вилку и нож. Лакомство удалось на славу - каждый кусочек таял во рту, идеальное сочетание чуть кисловатых яблок со сладким, чуть подтаявшим мороженым, сводило с ума. Малфой не особенно любил сладкое, тем не менее, прошло всего пара минут, прежде чем с его тарелки исчезли последние крошки.
- Как вам будет благоугодно, - рассеянно отвечает Скорпиус на предложение перейти в гостиную, дополняя фразу очередным коротким кивком. Он поднимается со стула, оставляя на месте грязную посуду, и следует вслед за Остином в другую комнату.
Невесть откуда взявшаяся бутылка виски пришлась как нельзя кстати, хотя Малфой предпочел бы сейчас глотнуть свою любимую вишневую настойку. Виски был далеко не его любимый напиток - поглощая огненную воду, мужчина едва заметно морщился, то "растягивая" удовольствия из нежелания делать очередной глоток, то, напротив, уничтожая содержимое стакана в считанные секунды, чтобы распрощаться с ним раз и навсегда.
Их отношения с Остином можно было сравнить с поглощением виски, при всей своей нелюбви к которому Скорпиус все равно не мог отказаться от очередной предложенной порции.

Скорпиус Малфой никогда бы не мог подумать, что кто-либо сможет вызвать у него чувство ностальгии, показывая старые фотографии. Свой собственный школьный альбом он убрал на самую дальнюю полку, раз и навсегда объявив Дисприту, что никогда больше не хочет туда заглядывать. И вот, пожалуйста - он сидит здесь, в чужой гостиной, рядом с человеком, который сам давно уже должен был стать лишь старой потрепанной фотографией, и зачем-то разглядывает некогда знакомые лица, изредка задерживая на том или ином снимке глаза.
- Рейчел? - на мгновение мужчина сводит брови, словно стараясь вспомнить детали. Фотокарточка смотрится свежей, словно сделанной всего день назад. - Припоминаю. Никогда бы не подумал, что она найдет общий язык с Поттером, с другой стороны, в моем понимании, с Поттером вообще крайне сложно было найти общий язык.
Среди снимков встречались те, которые, дай Малфой волю чувствам, он мог бы повесить в рамку. Были и такие, которые хотелось вообще никогда не вспоминать. Скорпиус нарочно пропускает лицо Джиллиан, перелистывая старицу сразу же, как оно мелькает на ней, чтобы не позволить себе задуматься о прошлом на минуту дольше положенного. Не позволить Вуду начать диалог, к которому Малфой не будет готов никогда.
- Аннабет сейчас с Нортоном, - прохладный тон голоса лишь подчеркивал факт, что мужчина не склонен развивать обсуждение этой темы. Еще одно табу, которое он предпочел никогда бы не вспоминать. - Лучше взгляни на Скарлетт. На этом снимке она смотрится еще лучше, чем в жизни. Фотограф выбрал удачный ракурс.
Кажется, это происходило на самом деле. Скорпиус, наплевав на манеры, указывал пальцем на те или иные карточки, отпуская короткие комментарии касательно всех мало-мальски знакомых лиц. Странное чувство заполняло его изнутри, словно мужчина вернулся куда-то назад, за окном по-прежнему 2022 год, а после уроков он украдкой пробирается к Остину, чтобы вскоре оказаться тесно прижатым к стене и почувствовать горячее дыхание на своих ключицах. Такое давнее, но настолько же реальное воспоминание захлестнуло с головой, когда молодой Остин-на-фото задорно подмигнул разглядывавшим его волшебникам.

Малфой кашлянул, отстраняясь. На диване становилось чересчур тесно для них двоих. За увлекательным занятием незаметно пронеслось время, за окнами уже окончательно стемнело, а стакан опустел. Скорпиус, не будучи чересчур назойливым гостем, прекрасно понимал, что, хоть никто не говорит этого вслух, ему уже пора собираться. Уходить не хотелось - почему-то предчувствие, что, стоит покинуть порог этого дома, он еще не скоро встретит взгляд чужих глаз цвета ясного неба. Это осознание болезненно сковывало грудную клетку, впрочем, всему виной наверняка был именно виски.
- Кассандра, вечер был просто великолепен, и я польщен Вашим приглашением присоединиться к ужину, - Малфой протянул руку, галантно подхватывая ладонь дамы, чтобы оставить на тыльной стороне легкое прикосновение губ. - Не оставите нас с вашим кавалером на несколько минут? Хотелось бы обсудить кое-что личное перед моим уходом, не обессудьте, так, воспоминание прошлого, связанное с общими знакомыми, чьи имена мне не хотелось бы разглашать.
Причина пришла на ум спонтанно. Оставалось надеяться лишь на то, что доверие Кассандры к без-пяти-минут-супругу сродни доверию Дисприта - наивно и безгранично.

+1

21

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]Сидеть рядом со Скорпиусом было странно. Вспоминать былые годы было странно. Делиться этими воспоминаниями с посторонним человеком в лице Кассандры было чертовски странно. Кэсси в беседе не участвовала, задумчиво слушала мужчин и тихонько хихикала, когда находила что-то забавным.

— Поверь мне, с Поттером было найти общий язык гораздо проще, чем с Хаммел. Иногда девушки бывают такими упрямыми - весело подмигнув своей будущей жене, ответил Остин, — Но я искренне рад за них.

Когда Остин спрашивает про Аннабет, его взгляд внимательно следит за реакцией Малфоя. Не потому что он хотел задеть чувства другого мужчины, нет.. Просто все еще помнит, как его самого выворачивало от бешенства каждый раз, когда он видел блондина в компании с этой девушкой, ведь официально Скорпиус встречался с Анной, неофициально - именно Остин оставлял на мраморной коже парня красноватые отметины. Чертов собственник. Они постоянно ругались по этому поводу, но в результате все равно оказывались в объятиях друг друга. Снова и снова. И вспомнив сейчас об Аннабет, Остин ловил малейшую смену настроения гостя, но в своей малфоевской манере, тот даже бровью не повел.

— Ты прав, хороший кадр, Кэсс, что скажешь? - обратился к невесте Остин.

— А еще говорят, что женщины - сплетницы, - мягко улыбнулась жениху Кассандра, целуя того в щеку, - но платье у нее ничего.

— Платье! - беззлобно возмутился Вуд, - вот и все, что вы, прелестные леди, замечаете, - на что получил шутливый толчок в плечо.

За это он и любил свою будущую жену. С ней было легко, она могла найти общий язык с любым человеком. Наверное, только благодаря ее непринужденной манере общаться, сегодняшний вечер не превратился в абсолютную катастрофу. С другой стороны, если бы не ее общительность, то сегодняшнего вечера вообще могло бы не произойти, что само по себе сыграло бы роль в устранении потенциального бедствия в виде испорченного вечера, настроения и отношений в принципе.

Вечер подходил к концу, и в какой-то момент к такому выводу пришли как хозяева дома, так и приглашенный гость. Впрочем, отчего-то Малфой медлил с прощанием. Остин чувствовал эту недосказанность в воздухе, возможно, Кассандра тоже, тем не менее, когда Скорпиус озвучил свою просьбу, Вуд был крайне удивлен. Кэсси же, напротив, лишь обрадовалась. Лучезарно улыбнувшись, женщина прощебетала:

— Конечно-конечно, я вас оставлю, мне как раз нужно заняться моей статьей. Не буду вам мешать, - уходя Кассандра одарила своего будущего мужа победным взглядом, словно говоря ему "вот видишь, я же говорила, что вам нужно только время, чтобы примириться!".

Остин же почувствовал снова нарастающее напряжение: ему оставалось догадываться об истинных мотивах Скорпиуса, но для того, чтобы понять, что обсуждать одноклассников Малфой не собирался, не нужно было быть гением. Вуд не торопил своего гостя. Он намеренно неспеша разлил остатки виски по стаканам, взял в руки стеклянный сосуд и пригубил жгучий напиток, выжидая. Терпкая жидкость приятно обожгла горло и подарила нужный градус расслабленности для восприятия той, безусловно, ценной информации, которой жаждал поделиться один весьма упрямый и несносный блондин.

— Ну? - не дождавшись витиеватых формулировок, произнес Остин.

Отредактировано Mason Duke (2019-07-06 20:27:56)

+1

22

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Поцелуй в щеку. Такой собственнический, практически интимный жест на чужих глазах - Скорпиус физически ощущал ревностные покалывания в каждой клеточке тела, и скрыть промелькнувший проблеск в глазах уже не сумел. К счастью, его секундная слабость так и осталась без внимания, не замеченой, поскольку именно в этот момент Вуд отпустил шутливый комментарий в ответ на слова невесты. Накалившаяся до предела обстановка расслабилась уже в следующий момент, после шутливого толчка, который можно было расценить уже как дурачество близких друзей. Ревность ушла, спала, позволяя спокойно выдохнуть и ужесточить притворство.
Остаток вечера проходил спокойно. Скорпиус старался лишний раз не смотреть на счастливых влюбленных, мягко уводил темы в сторону от романтического русла. Никаких стандартных вопросов в духе "как вы познакомились?" не звучало. Ничего, что могло бы выбить из колеи. Но в глубине души по-прежнему оставалась бьющаяся о ребра, как о прутья клетки, пташка. Малфой нехотя отмечал, что ловит каждый отзвук чужого голоса, все глубже и глубже погружавшего его в воспоминания о былых временах, о болезненной близости, от которой хотелось избавиться, и одновременно с тем жило желание, чтобы она длилась вечно.
Это как назойливый зуд в том месте, которого невозможно коснуться руками. Как бы мужчина ни старался отвлечься, он понимал - уже слишком поздно. Не поможет ни одна мысль об Алане, не поможет наблюдение за счастливой парой, бесполезно взывать к остаткам еще не почившей окончательно совести - остается только признать очевидное, сделать глубокий, отрезвляющий вздох, позволить себе утонуть в пронзительных голубых глазах.

Вопреки ожиданиям, Кассандра не только не сопротивлялась, но, напротив, с радостью оставила "школьных друзей" наедине. С другой стороны, ее действия вполне поддавались логике - едва ли она может заподозрить о своем женихе такое, после чего никогда в жизни не станет оставлять его наедине с другим мужчиной. Она наивно считает, что Остина интересуют только особи противоположного пола. Остин и сам, если верить его словам, иногда в этом убежден.
В стакане из ниоткуда вновь образовался виски. В тишине, накрывшей комнату, словно мягкое пуховое одеяло, отчетливо раздавалось глухое тиканье настенных часов. Отсчитывая минуты, которые осталось провести вдвоем, прежде чем навсегда разойтись в разные стороны. Впрочем, у "навсегда" бывают разные сроки. С последнего расставания "навсегда" прошло лишь несколько долгих лет.
- Оглохни, - почти беззвучно произнесенное заклинание, направленное в сторону двери, незримо отгородило их от Кассандры еще больше. Что бы ни произошло в этой комнате, женщина не услышит, не захочет проверить. Скорпиус вернул палочку обратно за пояс, прежде чем Вуд успел бы возмутиться спонтанному колдовству в его доме.
Остин ждал. Нетерпение читалось не столько в его жестах, сколько в глазах и коротком нетерпеливом "ну". Малфой сам к этому моменту не решил до конца, что именно стоит сказать или сделать. Он знал только, что ни секунды больше не выдержит собственного напряжения, собственных навязчивых мыслей, сводивших с ума воспоминаний школьных лет. Их срочно необходимо было перекрыть новой, свежей, отчетливо-резкой картинкой, такой, что могла бы затмить былое и запомниться на долгий промежуток.

Он подошел ближе. Так, словно хотел раскрыть Остину один из своих секретов, надежно спрятанных в сейфе для всевозможных эмоций. Приоткрыл рот, словно пытался что-то сказать, подбирал слова - хотя на самом деле в голове было пусто, и ни одна сформированная сознанием фраза не могла в точности отразить его мнение о сложившейся ситуации.
А вот дело - могло.
На этот раз Скорпиус Малфой избегал церемоний. Он не стал выжидать, не стал полагаться на порядочность, не пытался убедиться в желании собеседника - ведь, глубоко в душе, он и так все прекрасно понимал. После прикосновения под столом. После многозначительной паузы из-за долгого взгляда. Он знал, уверенно приближаясь, забираясь ладонью в чужие волосы, до того, как Остин Вуд сможет возразить, накрывая его губы своими, знал, что их желание было взаимным. Одно болезненное пристрастие на двоих. Он знал, что оба они, просматривая старые школьные фотографии, думали об одном - о тесных школьных каморках, о комнатах старост, о поцелуях, что были гораздо горячее и откровенней того, что случился теперь.

+1

23

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Их отношения с самого начала были неправильными, обреченными на провал. Они начались с нелепой попытки Остина доказать самому себе, а, главное, Малфою, что его совершенно точно к блондину не тянет. Произошло все с точностью да наоборот. Притянуло, словно кусок железа к огромному магниту. Притянуло, скрючило, вывернуло наизнанку. Потому что их отношения были разрушительнее цунами, их отношения были, пожалуй, как рак - скрытыми от посторонних глаз, но губительными, даже смертельными. Кто знает, что было бы, если бы это продолжилось? Стали ли бы они теми, кем являлись, если бы не пресекли на корню то, что происходило между ними в Хогвартсе? В самых укромных уголках школы, где никто не мог их застукать. Когда-то "оглохни" стало любимым заклинанием Вуда, просто потому что благодаря этим чарам весь остальной мир оставался в неведении, насколько сладко звучали стоны Малфоя. "Оглохни" - и все, что слышали двое, оставалось исключительно между ними.

Мужчина готов был возненавидеть это заклинание сейчас, когда оно почти неслышно срывается с губ стоящего напротив волшебника. "Оглохни" - и все, что скажет сейчас Скорпиус, никогда не будет услышано невестой Остина. Блондин подходит ближе, и Вуд клянется, что видит, как тот пытается что-то сказать, его губы шевелятся, только чтобы снова сомкнуться в тонкую полоску. Малфой, не знающий, что сказать, - явление такое же редкое, как щедрый гоблин или разумный великан. Но факт остается фактом - его бывший возлюбленный так и не смог подобрать нужных слов.
Остин отставляет стакан с виски в сторону и внимательно, как коршун, следит за каждой эмоцией промелькнувшей на лице гостя. Он не делает шаг назад, отступая, нет, напротив, он словно жаждет узнать, насколько далеко готов зайти Скорпиус. Насколько близко снова окажется его лицо.

Вот он - момент истины, проверка на прочность, на верность.

Ему бы уйти, разомкнуть порочный круг, скованный из лжи и обмана, выгнать Скорпиуса из его дома и навсегда запретить тому появляться здесь.
Только Вуд стоит, загипнотизированный серыми глазами, находит в них тот же огонек, что сжигает пожаром все его существо. Как магнитом, его снова тянет в чужие объятия, и стоит только оказаться в непростительной близости, как мужчина срывается. Чужие губы он, кажется, ловит уже на полпути. Целует жадно, словно оголодавший за зиму волк, набрасывающийся на добычу. Пальцы Малфоя оказываются в его волосах, и это - самое правильное чувство, что он за сегодня испытывал.

Где-то на задворках сознания, трепещет напуганной пташкой мысль о том, что наверху его ждет невеста, что происходящее здесь в эту секунду - это измена и нечто совершенно не правильное. Только пустая и холодная клетка его разума не выпускает эту мысль на волю. Между ним и Малфоем сейчас нет ничего, кроме голой правды: они оба жаждут этого, оба безумно хотят друг друга, и ничто в мире не способно сейчас заставить отречься друг от друга. Их отношения с самого начала были неправильными, обреченными на провал. Однако сейчас в приглушенном свете гостиной поцелуй, который, кажется, длится вечность, был самой правильной вещью на свете.

+1

24

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Скорпиусу пришлось бы собрать всю мощь и разнообразие эпистолярного жанра, чтобы сформулировать в опустошенной голове четкую мысль о том, чем являлся для него этот спонтанный поцелуй. Мужчина знал бесчисленное множество выражений и фраз, при произношении которых, даже когда он был мальчишкой, не все взрослые могли уловить суть вещей. Иногда казалось, будто он знает уже все слова во вселенной - во всяком случае, на родном языке. Вот только для текущей ситуации однозначных выражений у него не нашлось. Ни единого.
Время, пространство, прошлое - все возможные рамки поблекли, теряя значение, под влиянием момента. Скорпиус знал только то, что воспроизвести содеянное стоило давно - и, черта с два, сейчас он жалел, что не приблизился с поцелуем еще во время бала. Так у них было бы больше времени, которого всегда катастрофически не хватает на близость. Так не возникло бы гнетущее чувство незавершенности, преследовавшее мужчину несколько суток с момента приема. Так было бы проще.
На задворках сознания вяло маячит мысль, что нельзя оставлять следов. Даже кусая в жарком порыве нижнюю губу Остина, он старался быть аккуратным, в меру рассчитывать силы. Пальцы до боли сжимали чужие волосы, словно, стоит только их отпустить, и момент навсегда разобьется, вырвет их обоих обратно в суровую будничную реальность.
Жаль, невозможно провести в поцелуе целую вечность. Иногда организму требуется дышать.

Оторваться от столь желанных губ, к тому же, когда тебе яростно отвечают, стоило колоссальных усилий. Скорпиус отчаянно выхватывал ртом воздух, заглядывая в чужие глаза, отмечая в них сходное со своим желание. Если бы в этот момент они были в доме одни, невинные прикосновения уже давно перешли бы на следующую стадию - неосознанно, инстинктивно, спонтанно. В этот момент все мысли словно отшибло, Кассандра и Дисприт оставались за скобками уравнения. Единственное, что имело значение - отчаянное желание, рожденное глубоко внутри и разлившееся по всему телу. Скорпиус, давно отвыкший уже от того, чтобы позволить партнеру взять инициативу, сейчас отдал бы половину своего внушительного имущества, только бы прикосновения Остина продолжались - и не только снаружи.
- Нам нужно встретиться снова, - пришлось послать к Мерлину сложные формулировки, даже без них сбивчивый голос звучал до невозможного хрипло, а слова вырывались почти с отчаянием. Словно Малфой заранее понимал, что сейчас упускает, и считал глупым собственный умный ход. - Завтра. В отеле.
Лишь два коротких слова, подкрепленных огнем в глазах, и Скорпиус, взяв, наконец, себя в руки, отстраняется настолько, насколько это возможно. Сердце в груди отбивает бешеный ритм, дыхание все никак не желает вернуться в норму, как и неоднозначная реакция собственного тела, из-за чего до сих пор находиться в брюках было невыносимо тесно и неудобно. Всего несколько минут назад он был образцово показательным аристократичным гостем, с идеально сидящей одеждой и прилизанными волосами. Теперь же потрепанный вид мог красноречиво отразить то, что происходило в душе.

Ему необходимо дождаться ответа, хотя ответ сейчас ничего не значит. Ведь одно дело - брошенное в пылу страсти обещание, когда близости хочется прямо сейчас, а последствия кажутся далекими и несбыточными. И совсем другое - осознанно совершить этот шаг, вдвоем, пойти на предательство ради нескольких минут - часов - вместе, с заранее известным финалом. Даже сейчас, делая это предложение, Скорпиус не был уверен, что в назначенный час окажется на пороге и постучит в обитую дерматином дверь с номерком. Возможно, вернувшись сегодня домой, оказавшись в объятиях мужа, мужчина будет бесконечно благодарен себе за взятую "паузу" и возможность обдумать, отменить следующий шаг.
А может и нет.

+1

25

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
В тот вечер Остин долго не мог заснуть. Лежал с открытыми глазами, вслушиваясь в мерное дыхание своей будущей супруги и размышлял. Над тем, что произошло сегодня, над тем, что происходило в школьные годы. Он никогда не любил прорицания, не видел смысла во всех этих гаданиях, предсказаниях, но сейчас словно карты таро, перед его взором всплывали одна за другой картинки-мысли. Три карты, три пласта времени - первая карта означала прошлое: приглушенные стоны в тесной каморке для метел, жаркие поцелуи, тонкие бледные пальцы, целяющиеся за его плечи, забирающиеся в его волосы на затылке, неповторимый азарт и хождение по лезвию. Вторая – настоящее. Кассандра с ее точеной фигуркой, нежные прикосновения, секс на их огромной кровати с шелковыми простынями, блинчики с черникой на завтрак. Маленькая идиллия на двоих. Третья карта должна показывать будущее. Вуд перебирает в голове тысячи вариантов того, что может произойти дальше. Просчитывает, пытается понять, что ему делать. Что покажет третья карта?
Будет ли это простой и очевидный путь? Отель. Нелепые отговорки перед невестой. Обман. Спуск прямиком в ад по накатанной дорожке, выложенной горячими поцелуями, громкими стонами, тайными свиданиями, постоянными оглядками и боязнью того, что Кассандра узнает. Отрицать, что Остина Вуда до сих пор влекло к бывшему парню, было бессмысленно. Стоило им оказаться в ограниченном пространстве, даже воздух начинал искрить. Они определенно хотели друг друга – неоспоримый факт. Однако стоит ли оно того?
Когда появилась Кассандра, его жизнь словно приобрела смысл. У Остина Вуда открылось второе дыхание, он перестал растрачивать свое  время на случайные связи, алкоголь и прочие способы развлечься для молодого холостяка с неплохим заработком и популярностью. Благодаря ей он становился лучше, каждый день совершенствовался, чтобы быть наравне с его идеальной девушкой, а теперь невестой. Кэсси была лучиком света, своей любовью и заботой она спасала своего жениха от саморазрушения. О, Мерлин, Остин любил ее всем сердцем. Дорожил ей. //Собственнически ревновал даже к ее собственным подружкам//
Нет, он не мог так поступить с любимой женщиной. Что будет, если из-за своего решения он потеряет ее навсегда?
В результате, мужчина сомкнул глаза лишь под утро. Проснулся он в преотвратном настроении. Он весь день терзался по поводу предстоящей встречи. Чуть было не поссорился с Кассандрой по сущему пустяку. Но понимающая невеста просто подошла и спросила, не случилось ли между ним и Скорпиусом очередной ссоры. Мерлин, он не заслуживал Кассандру. И в этот момент, взглянув в глаза, полные нежности, Остин Вуд понял, что ни в какой отель он не придет.
--
Вуд не планировал приходить сюда, в Министерство. Просто зашел.. по пути.  Просто его, пожалуй, мучала совесть, что он не предупредил Малфоя о своем решении не приходить. К тому же, нужно было объясниться. Сказать, что Остин так не может, что они так не могут. Их отношениям, их измене не бывать. У них есть семьи, любимые люди. Сказать тому, что, дескать, да, их тянет друг к другу, но они, Моргана раздери, не гормонально нестабильные подростки, чтобы поддаваться своим низменным желаниям.

—Мистер Малфой у себя? – спрашивает мужчина у сидящего за столом секретаря.

Девушка кивает, говорит, что у того никого нет, и Вуд может проходить. По глазам секретарши он понял, что та его узнала, впрочем, автограф просить не рванула, к счастью. «Отлично, еще больше причин не задерживаться дольше, чем на пару минут».  Должно же хватить этого времени, чтобы все сказать?

— Принести ли Вам чаю? – спрашивает любезно она.
—Нет, я ненадолго, - сухо отвечает спортсмен, заходя в кабинет после короткого стука.

Остин Вуд пришел, потому что Скорпиус Малфой заслуживал объяснений. //И, может, самою чуточку, потому что мужчине хотелось того увидеть//

Отредактировано Mason Duke (2019-07-09 13:36:47)

+1

26

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
При всей своей любви к искусству и литературе, Скорпиус никогда не думал о том, что однажды примерит на себе роль героя классической Шекспировской ситуации "быть или не быть". Мужчина не разделял страданий отчаявшегося простеца, поскольку сам априори отдавал предпочтение первому варианту. Он привык не отказывать себе в удовольствиях - как легких, так и тех, что имели бы отягчающие последствия. Он не раздумывал ни секунды, вовлекая Джиллиан в поцелуй, повлекший за собой измену с такими катастрофическими последствиями, что сохранение целостности семьи казалось наибольшей волшебной загадкой из всех возможных, в которой малыш Максимиллиан был призван одним своим видом напоминать Малфою о совершенной некогда колоссальной ошибке.
С тех пор он стал гораздо умнее. Набрался терпения. Научился анализировать не только мир вокруг, но и собственные действия. Скорпиус Малфой повзрослел, и теперь узнал, что не все в мире складывается так, как захочется. И хотя Остин Вуд уж точно никогда бы не забеременел от него, - как минимум, потому, что в их связи предпочитал более активную позицию, - последствия этой измены тоже можно было просчитать.
А потому трагичное "быть или не быть" впервые в жизни терзало душу аристократа, не позволяя ему ни расслабиться, ни, напротив, углубиться в собственные мысли.

Аланиель Дисприт был идеальным спутником жизни. В меру покладистый, взявший на себя заботы по дому, которые нельзя было поручить домовому эльфу, принявший в семью ребенка, само существование которого наверняка разбивало блондину сердце. Он воспитывал Максимиллиана, как родного сына. Оставался рядом, не смотря ни на что, лишь иной раз, в приступе дурного настроения, мог хамить, за что потом сам же искусно просил прощения. И, что более важно, Аланиель никогда не задавал лишних вопросов. Даже когда вопросы вертелись на кончике языка, когда в глазах виднелась тень любопытства, осторожности, недоверия - он молчал. Поджимал губы в тонкую линию, но молчал.
Сложно понять, поверил ли он в историю об однодневной командировке. В любом случае, он ничего не сказал.
Скорпиус думал об этом, стоя в тени, поодаль от фонаря, перед входом в дешевый отель, где никто, совершенно точно, не стал бы его искать. Он сверлил взглядом окна, гадая, пришел ли Остин, не ждет ли уже внутри. Зажатая в пальцах сигарета уже минут десять ждала, когда же ее прикурят. Фильтр чуть смялся под давлением нервных пальцев, его то подносили к губам, то, напротив, снова опускали вниз.
Наконец, так и не зажженная сигарета полетела в ближайший мусорный бак. С глубоким вдохом, убедившись, что никто не смотрит в его сторону, Скорпиус Малфой повернулся вокруг себя и исчез с негромким хлопком.

Мэри-Энн, миловидная секретарша Скорпиуса, которой на прошлой неделе стукнуло всего двадцать один, научилась в момент определять настроение начальника. В зависимости от его вида, после появления в кабинете, на столе образовывалась чашка эспрессо, капучино с высокой пенкой или же бокал сухого красного вина. Сегодняшняя рабочая смена впервые началась со стакана, на четверть заполненного огненным виски. Малфой недовольно отметил, что, в последнее время, изрядно злоупотребляет этим напитком, после чего, еще более мрачно, в своей привычной манере потребовал унести отраву и спрятать весь алкоголь.
Сегодня ночью, когда он вернулся домой, можно было поклясться, что в глазах Алана мелькнула удивленная благодарность. Как будто он знал, чего таким большим трудом удалось удержать. Чужие поцелуи, словно бы в благодарность, опускались все ниже, но где-то на уровне груди Малфой отстранился. Отстранился, пожалуй, впервые, за всю их совместную жизнь. "Я слишком устал", коротко молвил он, поворачиваясь спиной и закрывая глаза. Не для того, чтоб уснуть. Для того, чтоб остаток ночи провести в терзаниях и сомнениях, утром вновь отвергая чужую ласку.
- У Вас посетитель. Мистер Вуд, сэр, - Мэри-Энн, казалось, одним тоном голоса извинялась, что ей пришлось пропустить гостя. Скорпиус на мгновение прикрыл глаза, собираясь набраться смелости до того, как Вуд лично объявится у него на пороге.
Подготовиться все равно было невозможно. И, как только Остин пересек порог кабинета, легкие болезненно сжались, как делали всегда в его присутствии. По одному взгляду на чужое лицо Малфой пытался заранее узнать ответы. Был ли мужчина в том номере, ждал ли его? Или, что куда вероятнее, не рискнул своим браком? Знает ли он, что самого Скорпиуса в том номере тоже не было?

- Настоятельно советую тебе прикрыть дверь, - Малфой чудом ухитряется придать голосу, как и взгляду, леденящую сталь. - Преимущественно с той стороны.
Вне зависимости от реальной расстановки дел, он не мог позволить себе иное поведение. Лимит взятой на себя инициативы исчерпан, и теперь Скорпиус представлял собой ледышку - ничего общего с пламенеющим страстным огоньком, заявившимся недавно к Вудам на ужин. Кроме того, ему следовало сохранить лицо на случай, если кто-то из подопечных или коллег решит заглянуть.

+1

27

Конечно, ожидать радушного приема было, по крайней мере, глупо. Остин Вуд не был настолько наивным. Его ничуть не удивила холодность, с которой Малфой на него смотрел. Лед в глазах и голосе. Яд в словах, предназначенный ранить оппонента как можно больнее, унизить, растоптать, уничтожить всякую уверенность. Вуд хмыкнул. Такой Скорпиус был ему не в новинку.
−Не переживай, я  не стану занимать твое драгоценное время надолго, − ссориться в его планы не входило, но от сарказма в голосе Остин не удержался.
Интересно, Скорпиус пришел вчера в отель? Сердится ли он, потому что не нашел в номере Остина? Или же он сам передумал в последний момент, и теперь выстраивает ледяную защиту, чтобы, не дай Мерлин, пришедший Вуд не оказался в полном праве атаковать словами его величество Малфоя?
Мужчина устало улыбается. Сколько бы лет ни прошло, его бывший возлюбленный остается все таким же: в глубине души блондин был чертовски ранимым, именно поэтому он всегда нападал первым. Легче отпугнуть человека, чем дать ему вонзить тебе нож под сердце. Остин прекрасно понимал Скорпиуса, и именно поэтому сейчас он не купился на холодное приветствие.
− Я просто пришел поговорить, - спокойным тоном говорит бывший рейвенкловец, поднимая взгляд своих синих глаз на собеседника, − нам нужно поговорить.
Как всегда находиться в одном помещении с Малфоем было тяжело. Вокруг них двоих всегда образовывалось эдакое электромагнитное поле, которое просто трещало от напряжения, стоило им приблизиться хоть на метр. Посему Вуд оставался стоять около двери, намеренно показывая, что действительно, как только он закончит говорить, он чертовски быстро окажется по ту сторону двери, как того хотел Скорпиус.
Или, по крайней мере, говорил, что хотел.
 Остин все еще размышлял о том, что случилось позавчера на званом ужине, и решил сразу расставить все точки над i. При любом раскладе, не зависимо от того, знает ли Малфой, что Вуд   не пришел на тайную встречу или остается в неведении, нужно было объясниться.
− Думаю, нам с тобой лучше  не возобновлять общение,  −  твердым тоном сообщил брюнет, а у самого сердце предательски пропускает удар, − для нас обоих так будет лучше.
С самого начала Вуд знал, что задумка Кассандры обречена на провал, по одной простой причине: его невеста не знает всей правды о роде их отношений с Малфоем. В конце концов, в Хогвартсе юноши никогда не были друзьями; их взаимодействие было изначально соперническим, а затем превратилось в безумие чистой воды. Да, конечно, помимо того, что они обменивались жаркими ласками, пока никто не видит, у них были и невинные свидания и долгие разговоры на абсолютно разные темы, но в основном их сжигало изнутри страстное желание обладать друг другом.
Желание настолько сильное и губительное, что оно начало пугать Остина, и парень решил, что если он не исчезнет из жизни Скорпиуса, то они просто  уничтожат друг друга. Поэтому после выпуска, Вуд хватается за предложение американской сборной, как за спасательный круг. Впрочем, у Малфоя тоже все в жизни изрядно усложнилось, так что они, по сути, разошлись по разным сторонам света, даже не попрощавшись.  [nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]

+1

28

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Скорпиус ненавидел смотреть на кого-либо снизу вверх. Безусловно, он умел сохранить достоинство, из-за чего всем вокруг становилось ясно, что они с собеседником на равных, однако, физический дискомфорт присутствовал в любом случае. Поэтому, едва убедившись, что Остин не планирует в ближайшие несколько минут покидать его кабинет, мужчина поднялся со своего комфортного кожаного кресла и обогнул рабочий стол, чтобы облокотиться на него спиной, оказавшись лицом к лицу с гостем.
Звук чужого голоса был той вещью, которую хотелось слышать и чувствовать как можно дольше, но, в то же время, слушать его было тяжело, словно кто-то водил ножом по стеклу. Скорпиус всеми силами старался мысленно оставаться здесь, в своем кабинете, хотя сознание упорно рисовало картины того, как мог пройти прошлый вечер, окажись они оба чуть более смелыми. Комфорта не добавляли попытки угадать, стало ли решение остаться дома обоюдным.
- Ты представляешь собой наибольшее скопление вопиющей наивности во всех известных и неизвестных ученым мирах, если полагаешь, что у меня есть хоть малейший намек на желание слушать, - Малфой поджимает губы в тонкую линию, продолжая держать лицо. Только темные круги под глазами и морщинка на лбу могла выдать, насколько несчастным он чувствовал себя в этот момент. - Ты мог бы догадаться за прошедшие годы, впрочем, конечно, это весьма непросто с подобным складом ума, что такая бессмысленная черта характера, как любопытство, отсутствует даже в моем лексиконе. А потому попрошу еще раз, понятливей, для особых гриффиндорцев - покинь помещение, Вуд.
Скорпиус прекрасно знал, что Остин заканчивал другой, птичий факультет. Но более достойного оскорбления в его арсенале попросту не нашлось. Не удивительно, однако, что слова не имели ни малейшего смысла и не нашли отзвук в чужих ушах - раздражающий, назойливый гость остался стоять столбом.

Даже знай заранее, что именно хочет сообщить ему Вуд, Малфой все равно не сумел бы как следует подготовиться. Слова срываются с чужих уст - отстраненные, злые, во всяком случае, несущие негативный посыл. Так их воспринимает Скорпиус. Как бы холодно он себя не вел, слова все равно ранят, лишний раз подчеркивая, что образ ледяного принца - всего лишь притворство. Малфой чувствовал обиду, самое непродуктивное выражение эмоций, призванное лишь для того, чтобы лишать неуверенных в себе простецов рассудка и чувства меры. Сам Скорпиус до сего момента был искренне убежден, что лишен возможности испытать столь сильное, безумно неприятное чувство, на задворках которого гуляло легкое разочарование. Он даже не мог определиться, хочет ли ответить той же монетой.
- И следовало тогда приходить? - невинный вопрос звучал таким образом, чтобы образовалось коварное двойное дно. Если Остин был вчера в номере отеля, его определенно это заденет. Если не был - он также выдаст себя отсутствием характерной реакции. - Если все, что ты можешь, это убегать от себя и своей ответственности.
Хотя Малфой совершенно не был настроен играть в игры, хотя больше всего он хотел бы, чтобы Вуд все-таки выполнил недавнюю просьбу и прикрыл дверь с той стороны, мужчина все равно не мог отпустить гостя, не увидев раскаяния в его лазурных глазах. А потому, несмотря на горечь и болезненность своей обиды, Скорпиус ни на секунду не отрывал от них пристальный взгляд.

+1

29

[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]
Остин уже и забыть успел, насколько невыносим может быть его извечный соперник в школе. Какие витиеватые фразы он всегда выбирает. Как всем видом показывает, что он выше собеседника (даже если роста ему откровенно не хватает). На какой-то момент это мысленно вернуло рейвенкловца во времена Хогвартса. Даже оскорбление, коим мужчина пытался его принизить, вызывало лишь ностальгическую усмешку – к тому же, гриффиндорцем из них ни один не был. Можно подумать, что Малфой был первокурсником, который, не имея лучших аргументов, бросает обидное, как ему кажется, слово.

—Гриффиндорец? – Остин вопросительно приподнял бровь, всем своим видом показывая высокую степень своего удивления, - тебе что, одиннадцать? Кажется, теряешь хватку, Малфой. Ты можешь выдумать более изощренное оскорбление. Я в тебя верю.

По Малфою никогда не было заметно, что на самом деле он умеет испытывать человеческие эмоции, но Вуд имел честь узнать его немного поближе, чем прочие, так что его внимательному взору очень часто удавалось уловить отголоски чувств, которые в данный момент овладевали его бывшим возлюбленным. Конечно, не полностью считать то, что скрывается за каждой холодной маской, но хотя бы понять, что в данный момент Скорпиус уязвлен. Однако выпускник факультета Рейвенкло не исключал, что это – самообман, и даже великому Остину Вуду не подвластна тайна того, что творится в голове у этого лишь внешне напоминающего человека робота.

Вуд изначально не хотел ссориться. Его намерения сегодня были исключительно миролюбивы, так как он считал, что должен Малфою хотя бы лично передать все, к чему он пришел в своих размышлениях и сомнениях. Оставить все без разъяснений – абсолютно точно не являлось благим делом, так как игнорировать друг друга у них в любом случае не получится, по крайней мере, пока Остин находился в Англии, и молчаливая обида тоже не была тем, чего бы он хотел.

Тем не менее, холодность речей Скорпиуса отталкивала. Тот снова выстраивал из себя ограждение из колких фраз и оскорблений, потому что хотел показать, что он лучше Остина, что он – чист и благороден, что Вуд – ничтожество. В этом весь Скорпиус Гиперион Малфой – самый гнусный лжец и обманщик, потому что не ему говорить об ответственности, не ему обвинять Остина в том, что он бежит от собственных обязательств. Мужчина начинал закипать.

— Ответственность? Ты говоришь мне об ответственности? Браво, Скорпиус, я поражен степени твоего эгоизма. Твоя ответственность – быть верным мужем Аланиэлю. Он этого – Остин сделал движение ладонью, показывая сначала на себя, затем на собеседника и обратно, - не заслужил. Кассандра такого отношения не заслужила.

С каждым словом, Вуд приближался. Незаметно для самого себя он значительно сократил расстояние между ними. Взгляд его был суровым, тон – обвинительным. Вся та словесная мишура, которой Скорпиус сейчас так разбрасывался, означало одно:  вчера в тот номер не пришел ни один их них. И теперь Остин это точно знал наверняка.

—Ты спрашиваешь, стоило ли приходить? И знаешь, нет, не стоило. К счастью, мне, как и тебе, хватило достоинства не появляться там вчера.

Шаг, еще один.

—Не стоило, потому что ты, – указательный палец практически ткнулся блондину в плечо, но остановился в нескольких сантиметрах, - ты ранишь всех, кто тебя любит, и это неправильно.

Остин усмехнулся, продолжая:

—Мерлин, какой же я идиот, если хоть на секунду тебе поверил, - покачав головой, Вуд вновь взглянул в серые глаза, - чертов идиот.

+1

30

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Эффект был достигнут в наилучшем из всех возможных вариантов - Остин Вуд злился, и злость, которую он источал, можно было увидеть невооруженным взглядом. В глазах пылали искры, которые значили одновременно чересчур много и мало; словно альтернатива ледышке-Скорпиусу, мужчина пламенел с каждым сорвавшимся с губ справедливым словом. Наблюдать за этим было интересно, Малфой чуть склонил голову на бок, старательно пытаясь проигнорировать саму суть претензий.
- Не тебе судить мои отношения с мужем, Вуд, - Скорпиус отвечает на контрасте тихо, почти беззвучно. В глубине души он рад, что оппонент не поднял вопрос о ребенке, которого они с Аланом воспитывают. Хотя само наличие чада намекало на откровенную неверность блондина. - Не припомню, чтобы чувства Кассандры волновали тебя позавчера, когда твой язык был красноречивее многих слов.
Сердце пропустило удар, когда мужчина приблизился, игнорируя короткое замечание. Теперь оставалось прикусить кончик языка и слушать, невольно отмечая, как сокращение расстояния вынуждает напрячься каждую клеточку тела. Скорпиус чувствовал себя тикающей бомбой, которая вот-вот взорвется, и чем дальше, тем больше хотел лишь отвести взгляд и засыпать их с Вудом историю песками прошлого. Терпение, как и вся нервная система Малфоя в целом, находилось на грани настоящего срыва.

Стоило на секунду отвести глаза, поднять их - и вот уже оппонент настолько близко, что, будь у него веснушки, мужчина мог бы по-очереди пересчитать их все. Пришлось сконцентрироваться на ресницах, в меру длинных, делающих лазурные глаза еще более выразительными и опасными для всех окружающих.
- Всю твою речь можно подвести к той мысли, что мои слова и поступки, как ты выразился, ранят... и, похоже, они задели тебя, - голос звучит все так же тихо, с крошечными паузами, холод отступает назад, но жестокость все равно остается внутри. - Значит ли это, что ты меня любишь?
В том номере Вуда не было. И Остин теперь уже точно знает, что решение остаться дома оказалось взаимным. Они просто струсили - струсили изменить жизнь в ту сторону, в которую оба, на каком-то животном инстинкте, хотели податься. Бессмысленно отрицать, что обоих влекло друг к другу - оказавшись рядом, они словно превращались в два мощных магнита, которые тянет друг к другу не смотря на любые побочные обстоятельства. И Скорпиус знал, чего стоило сопротивление этому манящему чувству - знал и не желал ощущать его никогда.

Вуд был так близко. Слишком быстро, чтобы оставить возможность сохранить рассудок. Слишком близко, чтобы отступить назад - да и некуда отступать, в бедра впивалась острая гладь рабочего стола, отрезая пути назад. Малфой невольно вздрогнул, когда чужой палец едва не коснулся его плеча. Не без удивления понял, что почувствовал разочарование от незавершенности движения. Отстранился от стола сам, выравниваясь в полный рост, все равно оставаясь ниже на несколько сантиметров, ощущая, наконец, кожей желанное, пусть даже мимолетное, прикосновение пальцев.
- Позволь прояснить, Вуд. Ты практически обманным путем проник на мое рабочее место в середине дня, отвлекая меня от важнейших событий всего магического мира, проигнорировав целых две настойчивых просьбы избавить мою персону от твоего нежелательного присутствия, все-таки вовлек в неприятнейший разговор - целью которого, к слову, было прекращение общения, что ты мог прекрасно сделать и так, всего лишь послав сову, - а после уже абсолютно бесцеремонно нарушил все возможные и невозможные личные границы, оказавшись так близко, что в малом промежутке между нами не смогла бы пролететь даже корнуэльская пикси, - лишь те, кто знали Малфоя достаточно долго, могли судить. Когда мужчина так нервничал, он тараторил без умолку, делая и без того непростые предложения еще более сложными. И все для того, чтобы подвести к одной, самой короткой фразе, сказанной лишь одним выдохом, пока взгляд переметнулся от чужих глаз чуть ниже - к губам. - Хочешь меня поцеловать - поцелуй.

+1

31

Чем больше распалялся Вуд, тем спокойнее становился Малфой. Словно блондин черпал всю негативную энергию из своего собеседника, и строил из нее вокруг себя защитное поле. С каждым сказанным словом Остина, эта защита крепла, и вот Скорпиус уже начинает бросаться ответными репликами, потому что в идеальной картинке мира Скорпиуса Малфоя не может быть такого, что он не прав. Потому что в идеальной картинке его мира - не правы как раз все окружающие. И бывший слизеринец готов оборонять свою позицию, словно стратегически важный военный объект. Только вот его сила заключалась не в жарких спорах, а в спокойном тоне и метких аргументах.
— Мое поведение в тот вечер не является примерным, я этого не отрицаю, но именно из-за этого я сейчас здесь, - соглашается с ним Остин, потому что отрицать очевидное - глупо.
В своей горячности Остин слишком поздно понял, насколько близко он теперь оказался к Малфою - и это его ошибка. Очередная. Потому что в принципе его приход сюда теперь уже не казался такой хорошей идеей. Ему не удалось сказать то, что он хотел и сразу уйти, и теперь Вуд стоял так близко к своему бывшему парню, что он чувствовал чужое дыхание на своем лице. Его взгляд сталкивается с холодом стальных глаз Скорпиуса; так трудно не утонуть в этом серебре, так трудно держаться на плаву и продолжать отстаивать то, с чем он сегодня пожаловал.
— Ты делаешь крайне необычные выводы, Малфой, - тише отвечает Остин, стараясь не выдать, как на секунду его сердце испуганно сжалось.
Он не говорит ни "да", ни "нет", потому что нельзя даже думать об этом. Потому что любовь - опасное чувство, которому нет места в их с Малфоем отношениях. Никогда не было. Остин любил своего отца, любил свою работу, любил Кассандру, но испытывал ли он к блондину такое же высокое чувство, как и к своей невесте? Нет, между ними было что-то другое. Страсть, похоть, влечение - назовите эту эмоцию как угодно, лишь не навешивайте ярлык со словом на букву "л"; никаких бабочек в животе и постоянных мыслей друг о друге. В их отношениях всегда было лишь "здесь" и "сейчас" - горячий рот, который просто необходимо было заткнуть поцелуем, жаркие ласки и близость тел. Ничего лишнего. Ни-че-го.
От движения Малфоя вперед, руку хотелось отдернуть, резко прекратить контакт, словно чужое плечо оставило ожог на кончике его пальца, но Остин выстоял, и бровью не повел. Теперь между ними не было и спасительных сантиметров, которые сейчас были так необходимы, чтобы не потерять самообладание, потому что за пустыми словами Малфоя скрывалось что-то другое. Мужчина говорил быстро и сбивчиво, намеренно заваливая собеседника обилием слов. Явный признак того, что в душе у блондина царил хаос, в отличие от его внешнего спокойствия. Вуд его прекрасно понимал, так как последнюю минуту сам ловил себя на сбившемся дыхании и том, как сложно сконцентрироваться на мыслительном процессе. Все его контраргументы улетучились вместе с последней фразой Скорпиуса, которая последним гвоздем врезалась в крышку гроба самообладания Остина.
С ним невозможно было спорить. С ним не хотелось спорить. Потому что вопреки всем аргументам и здравому смыслу, вопреки любым обязательствам и ответственности, вопреки любым условностям и словам, которые они друг другу бросали, Вуд сейчас стоял почти вплотную к Малфою, и губы другого мужчины находились слишком близко от его собственных. И взгляд, ох, этот взгляд из-под опущенных ресниц так многозначительно сейчас был направлен на его, Вуда, собственные губы, что тот сдался. Повесил белый флаг на крепости своей совести, которая до последнего отстаивала то, что считала правильным. Но тело всегда было слабее разума, поэтому спустя секунду Остин сократил оставшиеся миллиметры между ними и поцеловал блондина, руки опустились тому на талию, чтобы прижать чужое тело к своему.
[nick]Austin Wood[/nick][status]Gods[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2JCuy.png[/icon][sign]http://funkyimg.com/i/2JCux.png[/sign]

+1

32

[icon]http://s5.uploads.ru/t/nHwxk.jpg[/icon][nick]Scorpius Malfoy[/nick]
Ощущение похожее на разряд тока. Искры, скользящие по телу, едва уловимое электричество, вынуждающее бледную кожу покрыться россыпью мурашек, а волоски на руках и теле становятся дыбом, как наэлектризованные. Скорпиус в миг забывает о том, сколько лет ему исполнилось в последний раз; он словно снова оказывается в одном из прохладных темных школьных коридоров, практически чувствует, как зеленый галстук мягко сдавливает горло, как давят дорогие кожаные туфли и в обтяжку сидит новенькая, с иголочки сшитая мантия. Если верить внутренним ощущениям, ему сейчас лет шестнадцать - закрывая глаза, кажется, можно в точности воссоздать картину окружающих запахов, дуновений ветра сквозь разбитое окно на восьмом этаже, прикосновений обжигающих пальцев под белоснежной школьной рубашкой.
Малфой задерживает дыхание, полностью растворяясь в поцелуе. Все совсем не так, как два дня назад - голова ясная, не замутненная даже порцией виски, ощущения более яркие, острые, перед плотно закрытыми глазами растворяется калейдоскоп красок. У губ Остина хорошо знакомый вкус, если вообще возможно отличить вкус поцелуев. Остается всего лишь позволить ему вернуться назад, на многие годы назад, снова стать беззаботным подростком, без обязательств и страхов, без навязанных обществом стереотипов о здоровых семейных взаимоотношениях.

Скорпиус сам не заметил, как твердая гладь стола вновь уперлась в бедра. Очевидно, он сделал полшага назад, увлекая за собой гостя, не желая даже не миг выпускать его из рук. Ладони обвили шею, пальцы привычным жестом сжимали чужие волосы на затылке, тянули короткие прядки сильней, причиняя легкую боль, служившую отличным контрастом. Одно уверенное движение - и вот уже их рост окончательно сравнялся. Если бы Мэри-Энн сейчас взбрело в голову заглянуть кабинет с предложенной посетителю чашкой кофе, ее молчание от увиденного зрелища стоило бы нескольких золотых монет. Но, пусть Малфой всеми правдами и неправдами старался отогнать от себя эту чересчур романтичную мысль, происходящее, на его скромный взгляд, стоило сейчас всех сокровищ, если не мира, то банка "Гринготтс" точно.
Он чувствовал плотно прижатое чужое тело, сжимал коленями талию Остина, избавившись раз и навсегда от мысли о "правильном" и "неправильном" положении вещей. Прекрасно понимая, какая ему отводится сейчас роль, Малфой с уверенностью расстегивал пуговицы собственной рабочей рубашки (к слову, внешне она практически не отличалась от школьной), чтобы скинуть ее прямо на пол. Как редко он позволял себе такую халатность в отношении одежды!

Ладонь непроизвольно ерошит чужие волосы, совсем как в юности, губы тянутся к пульсирующей жилке на чужой шее. На любом другом теле Скорпиус без сомнения оставил бы свою метку, чтоб потемневший участок кожи напоминал о его существовании еще несколько дней, но с Остином Вудом нужно было вести себя аккуратней. Бережно. Излишне нежно. Тонкой линией очертить языком узор вплоть до самого уха, закусить мочку лишь на мгновение, чтобы сразу же отпустить, чуть откидываясь назад, опираясь для этого на ладонь. Тело жаждало таких же горячих прикосновений, откровенных, с желанной развязкой в финале - уже вне зависимости от занимаемых ими ролей. Их третья встреча порождает новое напряжение в тесных брюках, но сейчас впервые от них можно будет избавиться, расслабиться, забыв обо всем, полностью отдаваясь блаженству предстоящего момента неминуемой близости.

+1

33

Поцелуй – как пресловутая точка невозврата, как рубеж, пройдя который выигрывают войны (или же окончательно проигрывают), как что-то необратимое и в то же время неизбежное. После него все происходящее ранее потеряло всякую ценность, обратилось в пустую шелуху, которой место в самом дальнем углу сознания, в мусорной корзине. Слова, так рьяно произносимые Остином ранее, тоже не имели никакого смысла. Ничего не значащий шум. Не осталось ни одной мысли ни о Кассандре, ни о Дисприте, только желание стать как можно ближе, желание обладать и дарить ответные ласки.

Настоящим сейчас были лишь губы Скорпиуса, отвечающие на поцелуи, блуждающие по шее брюнета. Настоящим было разгоряченное тело, расположившееся на столе, словно только так и нужно было. Ничего другого не имело значения. Будто кто-то прочел заклинание, и все условности и предрассудки были отброшены в сторону, вслед за рубашкой блондина. От своей он избавляется так же легко, совершенно не заботясь о ее состоянии после - для приведения одежды в надлежащий вид всегда есть магия. Все шло по сценарию, когда-то давно знакомому им обоим. Почти пятнадцать лет разлуки растворились в легких касаниях к обнаженной коже. Их тела прекрасно помнили друг друга, будто только вчера Вуд с Малфоем прятались в тесной каморке для метел или пустом школьном кабинете. Им уже давно не семнадцать, но на какой-то волшебный миг они снова оказались в Хогвартсе.

Они оба возбуждены, жадно впиваются в друг друга губами, пальцами, взглядами; их движения пусть и уверенные, но дерганые, нервные, потому что хочется стать ближе как можно скорее, избавиться от напряжения, накопившегося за эти несколько встреч, но чертовы ремень и пуговица на брюках Малфоя поддаются не сразу, и Вуд даже тихо чертыхается и тут же затыкает поцелуем партнера, потому что чувствует, как Скорпиус почти был готов произнести что-то ехидное.  У них не было много времени и им нужно было быть предельно осторожными, потому что в любой момент им могли помешать - секретарь или внезапный посетитель,  все-таки Министерство не было подходящим местом для подобного действа. Тем не менее это совершенно не помешало двоим наслаждаться каждой вырванной секундой близости, каждым движением, каждым стоном, заглушенным ладонью или поцелуем. Они забылись в этом миге, украденном у обыденной жизни, затерялись в друг друге, и в своем блаженстве, наконец-то, перестали о чем-либо жалеть.

Все закончилось непростительно быстро. Выкраденных минут оказалось слишком мало, чтобы вдоволь насладиться близостью, но оба мужчины не были идиотами, чтобы играть с удачей еще больше. Приведя в порядок себя и рабочее место Малфоя, любовники расстались - на губах Вуда горел прощальный поцелуй и обещание следующей встречи. На этот раз не будет никаких сомнений в том, что оба придут в назначенный час в снятую кем-то из них комнату. По крайней мере, в следующий раз никто не сможет им помешать.

Отредактировано Mason Duke (2019-08-17 21:05:39)

+1


Вы здесь » HP: University of Magic Arts » Альтернативная реальность » you're worse than nicotine