HP: University of Magic Arts

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: University of Magic Arts » Партнерство » Fantastic Beasts: Obscurial


Fantastic Beasts: Obscurial

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

FANTASTIC BEASTS: OBSCURIAL
Tell me, has anyone ever believed you when you told them not to worry?
http://s5.uploads.ru/qHXbS.gif  http://s3.uploads.ru/97biB.gif
http://sd.uploads.ru/8kr6Y.gif
http://s5.uploads.ru/tZ1wF.gif  http://sa.uploads.ru/OsyBZ.gif

ГОСТЕВАЯ СЮЖЕТ
❖ Lumos  ❖ Nox  ❖ Accio  ❖ Protego  ❖ Depulso  ❖ Carpe Retractum

+1

2


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

МАРКО КАРАДЖИАЛЕ
ВОРОВАТАЯ ЦЫГАНКА НА СТРАЖЕ ДОБРАРАЗЫСКИВАЕТ ГОРЯЧО ЛЮБИМОГО МЛАДШЕГО БРАТА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://78.media.tumblr.com/235cd7e17b1b67aaa2d2fe00a5b043e5/tumblr_okz3i6jQvA1v5hpbro1_500.gif

Bob Morley

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ Марко родился в 1901 году и был четвёртым из семи детей Флорентины и Штефана Караджиале.

Твоя семья

- Штефан Караджиале - отец, 62 года, волшебник цыганской крови, занимавшийся разведением волшебных животных, до трагических событий 1914 года.
- Флорентина Караджиале (в девичестве Астольфи) † - мать, умерла в возрасте 45 лет от драконьей оспы.
- Лука Караджиале - старший брат, 42 года, пропал без вести на войне, предположительно погиб.
- Эмилиан Караджиале - старший брат, 41 год, пропал без вести на войне, предположительно погиб.
- Мария Караджиале (в замужестве Ионеску) - старшая сестра, после пожара ушла из табора, поддерживает связь с Марко через письма.
- Агата Караджиале † - младшая сестра, погибла в возрасте 8 лет от драконьей оспы 
- Тамаш Караджиале † - младший брат, погиб в возрасте 6 лет от драконьей оспы
- Лаура Караджиале † - младшая сестра, погибла в возрасте 4 месяцев от драконьей оспы
- Ион Караджиале - дядя, 67 лет, волшебник цыганской крови, бывший баро табора, вместе с выжившими сыновьями и Цино занимается различной контрабандой.
- Цино Ионеску - сват, 35 лет, волшебник цыганской крови. Присоединился к табору и бизнесу Иона, а затем, после трагических событий, сменил его на посту баро табора.
- Анджело Ионеску † - племянник, родился мёртвым.

❖ Рос активным ребёнком, частенько проказничая и встревая в неприятности. В силу большой разницы в возрасте, мало общался со старшими братьями - Лукой и Эмилианом, и в силу отсутствия общих интересов мало занимался младшими детьми - Агатой, Тамашем и Лаурой. Наиболее близкие отношения имел с Марией, сестрой, которая была на 5 лет его старше.

❖ Когда Марко было 12, в таборе вспыхнула эпидемия драконьей оспы, из-за перуанских драконов, что ещё яйцами его отец привёз в табор. Дядя Марко Ион уничтожил детёнышей драконов адским пламенем, однако пожар быстро перекинулся на стоянку табора. В ту ночь Марко потерял мать и младших брата и сестёр. Старшие же, так же потерявшие свои семьи, через пару дней ушли на фронт, сделав Марко де-факто главой семьи. Отец, осознав свою вину, обезумел от горя, и в данный момент находится на попечении Марко. Мария, потерявшая ребёнка, долгое время была замкнута в себе и практически не общалась ни с кем, включая брата, поэтому когда она ушла из табора, Марко мог испытать облегчение, хоть и поддерживает общение с сестрой через письма.

❖ Марко, вместе с мужем Марии начал заниматься семейным делом - контрабандой, не гнушаясь ни тёмными артефактами, ни запрещёнными зельями, ни фантастическими тварями, находящимися под запретом для ввоза в большинстве стран старого света. Заниматься, к слову сказать, весьма ловко и успешно, раз долгое время не попадал в поле зрения авроров.

❖ В 1924 году таки попался с поличным французскому аврорату, попытавшись провезти в Европу контрабандой громовую птицу с целой кладкой. Спустя пару недель был выпущен на волю с формулировкой "задержание, не соответствовавшее процессуальным требованиям". Марко не знает, что ради его свободы Мария согласилась сотрудничать с шпионской организацией, гарантировавшей ей свободу брата в случае сотрудничества.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

[html]<table style="undefined;table-layout: fixed; width: 540px; height: 100%; font: 1em verdana, arial, helvetica, sans-serif">
<colgroup>
<col style="width: 10px">
<col style="width: 15px" bgcolor="#07706a">
<col style="width: 500px" bgcolor="#b5b7b7">
<col style="width: 5px"  bgcolor="#b5b7b7">
</colgroup>
  <tr>
    <td></td>
    <td></td>
    <td align="justify"> <br><font color="#2c4143">
Мой милый Марко. Мой сильный Марко. <br><br>

Между нами всего четыре года разницы, но она всегда почему-то казалась мне огромной.
Старшие братья частенько, хоть и беззлобно, задирали меня, бахвалясь и рисуясь перед друг другом, и только ты кидался защищать меня, не обращая внимания на то, что ты в меньшинстве и намного младше. Ты всегда был на моей стороне, и даже позволял себе спорить с отцом, когда тот отчитывал меня за перекипевший суп или пересоленное рагу, или же утешал меня, смазывая заживляющими зельями стесанные колени, укусы от магических тварей, или просто гладил по голове в те дни, когда мне казалось, что весь мир ополчился против меня.<br><br>

По меркам обычных волшебников, мне рано пришлось повзрослеть, став женой Цино, и больше заниматься бытом, строя свою семью, и моя душа горела от осознания, что жизнь растаскивает, растягивает нас по разным углам. Ты уже не так часто заходил меня проведать, превращаясь из щуплого мальчишки в молодого человека, потирая руки в предвкушения знакомства с собственной невестой. <br><br>

Когда в таборе разразилась эпидемия драконьей чумы, хворь чуть не забрала и тебя у меня, спасло лишь только то, что заболел ты позже всех, и к моменту, как появились симптомы, присланное нам лекарство уже было доступно каждому. Но после пожара и хвори, когда Лука и Эмиль покинули общину, оборвав с нами все связи, тебе пришлось взять на себя ответственность за семью. Вместо пышной свадьбы и хорошенькой невесты, тебе выпал дурной жребий от судьбы - отец со слабоумием, сестра, от которой осталась только тень, и лишь свояк поддерживал тебя в это время, помогая тринадцатилетнему мальчишке встать на ноги и стать главой семьи Караджиале.<br><br>

Я чувствую вину перед тобой, снедавшую меня до тех пор, пока Крам не дал мне возможность искупить её хоть частично. Вот уж не знаю, Ион ли тебя втянул в своё контрабандное дело, или уже Цино, но на одной из подобных доставок ты попался с поличным - авроры накрыли твою временную стоянку, получив в свои цепкие лапы как несостоявшегося (по крайней мере они так сочли) браконьера, с громовой птицей, отложившей кладку и охранявшую её ото всех и тебя в первую очередь с невероятной яростью.<br><br>

Когда передо мной положили бумагу, возвещавшую о том, что за мою лояльность МРАКу, все обвинения с тебя будут сняты, а сам ты будешь выпущен на волю из казематов аврората, я едва сдерживалась, чтобы не выдать того облегчения, что принесла мне размашистая подпись на бумаге. В своих письмах, что твоя сова изредка приносит ко мне, ты ссылался на "процессуальную ошибку при задержании", бравируя тем, как ловко выкрутился из рук правосудия, а я лишь горько улыбалась, не смея сказать тебе, что это стоило мне свободы.<br><br>

Я надеюсь, что ты будешь впредь аккуратнее и ловчее, словно Феликс фелицис течёт у тебя в крови, ведь я знаю, что ты никогда не изменишься и не променяешь вольную жизнь, азарт и свободу на привычный волшебникам  традиционный уклад жизни. Я лишь надеюсь, что ты больше не попадёшься им в руки. Просто потому, что мне больше будет нечего им предложить взмен.
<br><br></font></td>
    <td></td></tr></table>[/html]

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я играю в достаточно улиточном темпе, поэтому готова ждать постов и вдохновения не требуя постов каждый день/неделю/месяц. Я никогда не смотрела на объём постов партнёра, ибо для меня главное, чтобы не было воды ради дополнительных символов, поэтому для меня приятны посты любой длины больше 2К символов (ибо в меньшее количество трудно вложить сюжет или смысл, на мой взгляд).

Единственное, о чём бы мне хотелось вас попросить, это чтобы вы не бросали персонажа, если возьмёте, ибо больше всего не люблю отыгрыши начатые и заброшенные, словно надкушенное яблоко, которое оставили гнить.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Марии нравилось Калето - крепость, слившаяся воедино с острыми пиками грозной горы в своеобразном защитном симбиозе. Цыганке претили как душные и тесные дома больших городов, так и роскошные, устремлявшиеся к небу, замки богачей, словно стягивавшиеся петлёй удавки на её нежной шее, не дававшие ей сделать вдох полной грудью, стоило пробыть в них слишком долго. Белоградчик же, в своём восхитительном раздолье и единении с природой, пленил её с первой же минуты, но ни при каких условиях она бы не призналась в этом Краму, надменно и горделиво упомянувшему про сколько-то там поколений его великих предков, которым принадлежал этот замок.

Первые пару недель своего пребывания в замке, Мария не позволяла себе слишком многого - женщина осторожно прощупывала почву, с каждым разом позволяя себе всё больше и больше, словно пытаясь определить границы дозволенного по тому, когда же возникнут проблемы. И если первые дни Арчибальд, сквиб, судя по его дряхлому внешнему виду, прислуживавший семье Крама как минимум пару сотен лет, был с ней любезен и учтив, как с любой другой гостьей хозяина, то в последствии взял на себя роль немого тюремщика. Стоило Марии выйти из своей спальни, как его чуть сутулый силуэт возникал на горизонте - срочно понадобилось в пятый раз за неделю отполировать канделябры в коридоре, словно с этим не могли справиться домовые эльфы, или же деловито проходился метёлкой для пыли по корешкам книг, пока Мария разглядывала древние фолианты в библиотеке Крама, выбирая себе чтиво на ночь. Марии это казалось невероятно забавным, особенно когда удавалось стиснуть что-то из под его носа, и оставить это в самом неподходящем месте - старик не находил себе места, обыскивая весь замок, едва слышно ворча себе что-то нелицеприятное под нос. В этом едва слышном бормотании Мария пару раз явственно слышала "липкие ручонки", "дурная кровь" и "госпожа Ламия была бы в ужасе..".

Кто такая Ламия Мари узнала только спустя три месяца. В одном из длинных коридоров находилась дверь, запечатанная наглухо заклинаниями, с покрывшимся ржавчиной замком - явно в это помещение не заходили месяцами, если не годами. Чтобы вскрыть дверь, девушке понадобилось целых четыре часа, пока Арчибальд был занят устранением потопа - горный родник, в который Мария кинула один из артефактов Бланко, очевидно что-то усиливающий, бил мощным ключом в потолок, заливая кристально чистой и практически ледяной водой нижний этаж замка.
Пока мужчина был занят устранением неполадки, а Крам был в очередном отъезде (к счастью принудительные заседания в аврорате на цыганку не распространялись), Мария была целиком и полностью посвящена своей цели - открыть двери во что бы то ни стало.
Когда все слои магической защиты были сняты словно луковая шелуха, а замок, не реагировавший ни на "Alohomora", ни на целый ряд других заклинаний, поддался обычным отмычкам в отсутствии оригинального ключа, Мария вдохнула с удовольствием, тут же разочарованно выдыхая - комната была возмутительно пуста. В её центре стоял массивный деревянный стол с какой-то картой, выжженной на лакированной столешнице, окружённый резными стульями, а на стене висел сильно поистрепавшийся и выцветший гобелен.
Когда цыганка подошла к гобелену, дёргая его за краешек - с него лавиной посыпалась пыль, заставляя женщину закашляться и обнажая бордовую ткань, исписанную именами - семейное дерево с ветвистыми корнями, уходящее в прошлое так далеко, что Марии казалось, что наверху, под потолком можно отыскать имя самого Мерлина. Она мягко коснулась ткани, чувствуя как под пальцами заискрили сохраняющие заклинания (теперь понятно, почему пыль просто соскользнула с ткани), и провела ими вниз, выискивая имя Данимира. Искать пришлось не долго, и Мария тихо выдохнула, чувствуя как губы сковывает едва ощутимая, грустная улыбка - рядом с именем Мирко стояло ещё одно - Десимир. Всего два месяца прошло. Неуместных вопросов Краму о погибшем в теракте брате Караджиале предпочитала не задавать, уважая его право на скорбь. Пальцы скользнули чуть выше, и наткнулись на другое имя.
Ламией же оказалась мать Данимира (цыганка тут же вспомнила небольшой портрет грустной миловидной дамы, что висел в кабинете Крама) - Так вот кто она ему...

Со следующей такой закрытой комнатой пришлось повозиться куда дольше. Предупреждающие знаки, кажется с сотню заклинаний, спутанных в единую защитную паутину, замки, засовы - всё просто кричало то том, чтобы любой проходивший мимо - проходил мимо ещё быстрее, но это лишь больше распаляло Марию. Если судить по степени защиты, то в этом помещении должны были храниться как минимум все золотые запасы древнего семейства, хотя Караджиале надеялась на что-то поинтереснее, чем просто горы золотых слитков или фамильных драгоценностей. Каково же было её разочарование, когда после недели распутывания этих магических головоломок, дверь подалась, открывая её взору... ванную комнату. Пустую, пыльную ванную комнату. Цыганка нахмурилась, тут же чувствуя прилив энергии любопытства, как взгляд наткнулся на туалетный столик, уставленный разнообразными флаконами. Большая часть из них была пуста, в некоторых находились зелья, явно бывшие когда-то косметическими. Пожалуй, если бы сейчас кто рискнул намазать что-то похожее на молодильный крем на лицо, этот "крем" прожёг бы кожу до самой кости.
- М-да, негустой улов.. Ни сокровищ, ни чудовищ...

Мария уже было собиралась покинуть помещение, разочарованная своей находкой, как внезапная идея иглой прошила её сознание. Данная ванная была едва ли не в три раза больше её собственной. Огромное панорамное окно, украшенное витражом, так чарующе блестело в солнечных лучах, окрашивая комнату в калейдоскоп цветов, танцевавших по стенам и плавившихся воедино в этом танце. Несколько взмахов палочки, и пыль собралась внушительной горкой в тёмном углу ванной - не так чисто и хорошо, как было бы после трудолюбивых рук домашних эльфов, но комната уже преобразилась. Мария закрыла глаза, упираясь левой рукой в бок, постукивая в задумчивости палочкой, цепко зажатой пальцами правой руки, себе по плечу, припоминая заклинания, которыми мать пользовалась чаще всего. Марии потребовался ещё час, чтобы оттереть заклинаниями пятна с многочисленных кранов и труб, собрать испорченные зелья в кучу, оставив на столике только те, срок годности которых, видимо, исчислялся столетиями, и довольно выдохнула, быстрым "Эванеско" убирая ненужный мусор. Ванная практически сияла чистотой, и была отличной заменой её удобствам, без намёка на окно или подобную роскошь убранства.

Женщина включила воду, с удовольствием отмечая, что проблем с чистотой воды или исправностью кранов или труб не наблюдается - огромная, размером с всю её ванную комнату, ванная быстро наполнялась водой. Мария легко повела палочкой произнося "Volitare", заставившееся зажжённые свечи парить в воздухе, освещая комнату, погружавшуюся во мрак, стоило только солнцу завалиться за близлежащую гору.
Из одного из маленьких кранов, расположенных слева от входа, лилось чистейшее розовое масло, а второй порадовал мыльным зельем с тонким запахом пиона, заставившее женщину почти застонать от удовольствия. Смешав это всё воедино и вылив в набиравшуюся ванную, цыганка подошла к двери, прислушиваясь. Арчибальд, всё ещё был занят устранением засилья чизпурфлов, вылезших на поверхность у северных ворот, чью спячку потревожил жмыр Марии Никс, считавший, что ловля этих мелких, мерзких паразитов вполне неплохое развлечение для почти разумных существ, вроде него и Арчибальда
- Вот и славненько. Меня никто не потревожит - ухмылка легла на губы девушки, и волшебница, лёгким росчерком палочки, вернула двери в первозданный вид - они снова были словно надёжно закрыты снаружи на все засовы, а два белых мраморных грифона у двери резко расправили крылья, закрывая двери изнутри на засовы своих перьев. Попробовав парочку отпирающих заклинаний, и наложив на двери  заглушающее (не выдавать же своё найденное тайное логово другим постояльцам замка) цыганка осталась довольна.

Тёплая вода ласкала кожу женщины, позволяя ей наконец расслабиться после тяжёлой недели. Крам, кажется, собрался вбить в неё весь долголетний аврорский курс в кратчайшие сроки, не давая спуска и передышки, заставляя оттачивать заклинания раз за разом, пока от усталости не начинали нестерпимо ломить запястья. Подобные тренировки были необходимы, это ведьма понимала более чем хорошо и даже не пыталась спорить, однако такая интенсивность забирала все силы, да и общение с Крамом, который словно делал ей одолжение находясь рядом (можно подумать это был её выбор), постоянно выглядел хмурым и недовольным, даже когда Мария делала заметные успехи. Ничего из того, что у неё выходило, не могло стереть это брезгливое выражение с его сурового, но всё же красивого лица.
- Мантикору тебе в койку, Крам! - Мария недовольно стукнула ладонью по бугорку пены, проплывавшему рядом по радужной от эфирного масла воде, и нырнула под воду, позволяя той своими невидимыми пальцами пройтись по волосам, лаская их у самых корней, выныривая, чувствуя как вода смывает усталость дня со смуглой кожи. Мелкие шрамы, обычно белыми нитками сиявшие на коже, порозовели и набухли, заставляя женщину провести по некоторым из них пальцами - несколько на груди, парочка на животе и бёдрах, вспоминая все те передряги, в которых они получены. Срикошетившие заклятия, проклятые драгоценности, укусы животных - под грудью, у одного из рёбер всё ещё красовались четыре полосы поярче, оставшиеся от зубов фестрала, учуявшего кровь и попытавшегося её укусить, когда раненная ведьма пыталась аппарировать из какой-то конюшни при замке в Трансильвании, экспроприировав у законного владельца, заказанный очень щедрым клиентом, фолиант, от которого так и веяло чем-то нехорошим.
Внезапно, волоски на шее встали дыбом - Мария спиной почувствовала, что на неё кто-то смотрит, и медленно, плавно, что-то напевая себе под нос, подалась вперёд, словно продолжая плавать, тут же хватая палочку с бортика, резко разворачиваясь в воде, на изготовку. В комнате никого не было, и единственным звуком в тишине, стало журчание воды, продолжавшей литься тонкой струйкой из крана. Цыганка нахмурилась, прислушиваясь, и ей на миг показалось, что она слышит своё имя и глухие удары, но даже прислушавшись - не удалось разобрать ничего чёткого.
Воображение разыгралось. Наивная дурёха.. - женщина фыркнула, возвращая палочку на бортик ванной, передёргивая недовольно плечами, старясь прогнать мурашки страха, покрывшие её тело - Никого тут нет, сюда уже много лет никто не заходил, так что разве что здесь завёлся ипопаточник или какие бундимуны. У Крамов они, видать, заместо фамилиаров.

Напряжённое тело постепенно расслаблялось, под мягкими пальцами, любовно растиравшими розовое масло по чувствительной, зарозовевшей коже, и женщина довольно выдохнула. Внезапно что-то резко дёрнуло её вниз в воду, схватив за лодыжку, которую тут же пронзил укус острых зубов. Мысли в голове смешались от ужаса, а все попытки стряхнуть неизвестного монстра (в полной пузырьков воде чудовище было не разглядеть) провалились. Ледяная волна ужаса затопила сознание волшебницы, когда она поняла, что её отчаянный крик под водой не будет услышан из-за заглушающих заклятий, а палочка осталась на бортике в ванной, в такой близости, и всё же не досягаемая для пальцев, отчаянно сжимавшихся в воде.

❖ СВЯЗЬ
Гостевая, ЛС
Затем ВК, если удобно

0

3


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

АРЧИБАЛЬД АББОТ
ПРИЯТНЫЙ ЧЕЛОВЕК С НЕПРИЯТНЫМ АКЦЕНТОМ
И ВСЯ БАНДА ВЕСЬ ОТРЯД АВРОРОВ МЕЖДУНАРОДНОГО УРОВНЯ
РАЗЫСКИВАЕТ АНГЕЛА-ХРАНИТЕЛЯ В НАДЕЖДЕ СТАТЬ ЕГО ГОЛОВНОЙ БОЛЬЮ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://2.gall-img.com/hygall/files/attach/images/82/179/011/038/37f3e37617ae21f130382bf543d6309b.gif


Jeremy Irons


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

АКЦИЯ МРАК
Хотел бы я сказать, что магический мир лишён многих пороков, свойственных всему человечеству. Хотел бы, но не смогу. Возможно, каких-то пороков это и коснулось, но точно не ксенофобии, которая немало крови попортила Вам, не по своей вине оказавшемуся с детства "не таким", чуждым породившему Вас обществу. Лишённый магических способностей в результате генетической аномалии, Вы получили в наказание ярлык "сквиб", для многих Ваших собратьев по несчастью обратившийся клеймом и ярмом, но не для Вас. Пусть магия насмеялась над Вами, не удостоив ни единой искрой своей, природа с лихвой одарила Вас в прочих областях: недюжинный интеллект, отличная память, практически сверхъестественная способность систематизировать и упорядочивать данные буквально в уме и "разложить по полочкам" сколь угодно безобразный бардак фактов, склонность к анализу, удивительная внимательность к мелочам и особенный талант увидеть связь между на первый, на второй, на десятый взгляд несвязанными совершенно явлениями. Все эти способности Вы с годами лишь преумножили, но далеко не сразу магический мир принял Вас - а уходить в немагический Вы никогда не соглашались, точно зная, что однажды Вам воздастся по заслугам с лихвой.
Не возьмусь утверждать, но, похоже, Вы удовлетворены тем, как сложилась Ваша судьба. Невозможно представить жизнь семьи Крамов без Вашего участия, и замок Калето, кажется, рухнет, истеревшись мгновенно в песок, в тот день, когда Вы покинете его. После этого, наверное, не важно уже будет, что станется с нами и всей нашей документацией, которую Вы ведёте с потрясающей скрупулёзностью. Здесь огромный багаж Ваших знаний не остаётся без дела, всем находится применение - даже тем, на которые Вы и сами не рассчитывали. И пусть Вы порой со свойственной Вам сдержанностью и деликатностью даёте нам понять, что без нас Калето простоял бы на пару сотен лет дольше, мне, - и другим тоже, - кажется почему-то, что Вы нам всё-таки рады.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------
Альфред

Мне повезло знать Вас дольше всех прочих членов передового отряда МРАК, за исключением, разумеется, Данимира Крама. Я успел наделать Вам головной боли, будучи ещё двадцатичетырёхлетним юнцом, засыпав сотней вопросов и попытавшись обшарить весь замок Калето от фундамента до крыш - что поставило Вас перед необходимостью уберечь от непрошенного вторжения места, не предназначенные для посещения туристами. Да и наш с Данимиром костёр на верхушке Башни Мертвецов не прибавил Вам безмятежности. С тех пор Вы, кажется, не изменились, разве что седины в волосах прибавилось. А вот я, наверное, преобразился до неузнаваемости. Я сам не видел - слишком был занят иными мыслями, но мне рассказывали, как вытянулось Ваше лицо, когда в камине в назначенный час появились сначала несколько ящиков спиртного и только потом - я, похожий больше на труп, чем на живого человека. Я не видел, но верю, что так и было, однако не могу не признать, что Вы были не последним человеком среди тех, кто помог мне освоиться здесь и ожить. И спасибо Вам за то, что Вы верите в трезвость моего разума, за все Ваши беглые замечания, краткие улыбки и взгляды поверх очков, за то, как Вы раскладываете газеты в утренней стопке - именно в том порядке, в котором мне нужно, - за кофе, о котором я не прошу, но который всегда к ним прилагается, за все невысказанные упрёки - знаю ведь, что было, за что, - за то, что Вы так много молчите, хотя знаете ещё больше, и просто за то, что Вы у нас есть.

Сольвейг

Я искренне хотела бы стать человеком, который доставляет вам меньше всего хлопот в нашем шумном и веселом замке, но вот беда: обстоятельства как будто нарочно складываются таким образом, чтобы мне приходилось перед вами оправдываться, а вам- устранять последствия разнообразных "стечений обстоятельств".
Я не нарочно, честное слово!
Тот ураган в оранжерее, которым выбило все стекла- кто бы мог его предугадать. И взрыв в лаборатории, после которого несколько дней можно было общаться друг с другом через дыру в полу и потолках на трех этажах. И прожженный едкими ингредиентами для зелий раритетный стол-сколько,вы говорите, он стоил? Вы регулярно отлавливаете сбежавших саламандр, охочих до жгучего перца на кухне, и всегда возвращаете мне их с невозмутимостью, достойной быть высеченной в граните, несмотря на то, что такие побеги почти всегда заканчиваются маленьким пожаром. Не говоря уже о том случае, когда я, будучи не в себе, вышвырнула вас за дверь и запечатала ее с помощью магии, оставив вас совершенно беспомощным. Впрочем, кажется, мне не стоило вам об этом напоминать.
Не передать, как я ценю вас, Арчи. И хотела бы обещать в очередной раз, что " больше не повторится", но это было бы очень опрометчиво. Повторится,и не раз, и не только со мной. Так что крепитесь!

Агейп

Арчи, ты не просто дворецкий, ты душа и сердце Калето, без тебя невозможен ни болгарский замок, ни вся наша команда. Ты безупречно воспитан, сказочно умён, галантен и обладаешь тонким чувством юмора. Ты называешь меня по имени, потому что я не люблю официального "фрау", и всегда тепло мне улыбаешься. Тебя не пугает моё присутствие рядом, ты не боишься, что я уловлю твои мысли. Твоё спокойствие в критических ситуациях не может не восхищать. Несмотря на то, что ты родился сквибом, ты обладаешь совершенно особенной магией, ты способен найти подход к любому человеку, словно подбираешь для каждого тот самый ключик, позволяющий раскрыться с самых разных сторон, ты умеешь слушать, умеешь понимать и создавать вокруг себя ощущение уюта. Я, как и мои коллеги, буду счастлива видеть тебя на форуме, придумывать интересные сюжеты и играть их.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ты когда-нибудь чувствовал, что тебе не хватает того, кого ты никогда не встречал?
- Ричард Бах

Арчи, Вы просто представить себе не можете, как мы все (передовой отряд МРАК) Вас любим и ждём. Нет среди нас того, кто не упоминал бы Вас в постах, в думалке или флуде (просто вбейте в поиске "Арчи" - и сами увидите). И я думаю, что не будет того, кто не захочет Вас поиграть. Честно признаться, я ещё нигде не встречал персонажа-неканона, которого ни разу никто не играл, но который был бы таким живым, ярким и обожаемым всеми.
Это необычная, интересная, полная возможностей роль. По понятным причинам на ролевых по волшебному миру сквибы чрезвычайно непопулярны, но, поверьте, Арчибальд - наикрутейший сквиб из всех возможных, по крайней мере на Обскуре, и в смысле крутости он оставляет далеко позади многих волшебников.
Мы практически уверены, что не согласимся сменить внешность Джереми Айронса, поскольку все уже представляем Арчи именно таким и свыклись с этим породистым харизматичным лицом, но Вы можете попробовать нас переубедить.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Калето поражал воображение, заставляя его работать с удвоенной силой. После простого, незатейливо прямолинейного дома, в котором вырос Альфред в Аризоне, это место казалось поистине невероятным. Разумеется, ему уже довелось видеть замки, путешествуя по Европе, да и здание, принадлежащее МАКУСА в Нью-Йорке не было просто спланировано ввиду всех функций, которые должно было вместить, но то были здания нежилые, а значит, в сравнениях не участвовали, поскольку не принадлежали никому и исследовать их целиком и полностью от подвалов до башенных шпилей шансов не было.
Калето же, гостеприимно распахнув двери гостю из Нового Света, остался открыт для него сверху донизу - за исключением мест, коих в достатке имеется в любом старом замке, тех самых, что таят неведомые пришлым опасности и грозят лютой смертью неосторожному визитёру. У хозяина Калето, впрочем, не было синей бороды и десятка убитых жён, зато было двое сыновей, обадающих полным набором самых лучших человеческих качеств. И одного из них Альфреду Баттлфилду посчастливилось заполучить в друзья. Возможность облазить вдоль и поперёк его фамильный замок была наиприятнейшим дополнением к другим преимуществам этой связи.
День, когда он добрался до Башни мертвецов, остался в памяти как один из самых счастливых дней его жизни, несмотря на не самые радужные его последствия, и не единожды именно он всплывал в сознании при необходимости использовать магию Патронуса. Мирко создал для него целый квест, проведший американского гостя по всему замку извилистым путём от загадки к новой загадке и закончившийся в самой разрушенной его части, вместе с тем обладающей самой необыкновенной, будоражащей воображение атмосферой. Осознание того, как много сил, должно быть, пришлось потратить Краму на организацию такого потрясающего развлечения, дополнительно усиливало его эффектность для Альфреда, хорошо знавшего, что друг его не склонен к долгим планированиям и выверению стратегических приёмов. Финальным заданием была самая сложная шарада, результатом которой должно было стать заклинание, позволившее бы открыть проём, заложенный камнем. Сам Мирко с камнем справлялся без труда, будучи виртуозом в стихийной магии земли, но Альфред ничем таким не отличался, и болгарин оплёл камень, скрывающий проход, дополнительной магической формулой, разгадав которую можно было избавиться от него.
Над этой формулой Альфред, рассудок которого от восторга и усталости, возникшей после прогулки по всему замку, работал не лучшим образом, бился добрых полчаса, но всё-таки одержал свою волнительную победу, пролез в Башню и получил приз.
Приз вызвал у него новую бурю восторга, он потребовал немедленного его распития по всем правилам зимнего употребления ракии, и в результате Мирко влетело от отца, приметившего костёр на вершине башни и, как выяснилось позднее, не дававшего согласие на уничтожение жемчужины его алкогольных запасов. Разумеется, Крам ничего не сказал другу, но тот ненароком подслушал разбор полётов и впоследствии долго тяготился содеянным. Но сожалеть о том, что произошло, он не смог. Он был слишком счастлив в тот день.
День, оставшийся так далеко в прошлом. День, принадлежавший жизни какого-то другого человека, едва знакомого нынешнему Альфреду Баттлфилду. Принимавший в его событиях непосредственное участие Данимир Крам тоже сделался другим невозвратно.
Мысли об этом неподъёмны и пропитаны ядовитой усталой обречённостью. Как много они могли в те времена, лёгкие, свежие, лишённые тяжести сожалений и свинцовых оков боли, притягивающих к земле, заставляя сгибать прежде прямые спины. Правда ли, что тогда всё это далось бы им много проще? Наверное, нет. Это всего лишь упаднические размышления отчаявшегося разума. Разума, которому отчаиваться непозволительно. Но что может быть труднее контроля собственных мыслей? Даже чувства контролировать не в пример проще.
Потому Альфред думает, пока идёт знакомой дорогой к Башне мертвецов, руководствуюясь выводами, подсказанными частично анализом имеющихся фактов, частично интуицией, частично - сердцем: Мирко сейчас там, и вместе с ним там - ящик огневиски, на пропажу которого посетовал "единственному, кто здесь сохранил трезвость разума" дворецкий Арчибальд.
Альфред поспорил бы с почтенным руководителем замкового быта насчёт того, что сохранил здесь трезвость разума, но волнение, охватившее его мгновенно при известии об изчезновении огненного напитка, было слишком сильно, и он распрощался с Арчибальдом весьма поспешно. Поначалу он шёл без определённой цели, используя неровный ритм своих шагов в качестве аккомпанемента стремительно несущимся мыслям - размышлять на ходу ему всегда было проще. Затем его направление приобрело чёткий вектор.
Вторая годовщина гибели Десимира - вот что толкнуло Мирко на одинокую вершину в компании ящика опасного пойла. Альфред не представлял, что он скажет другу, когда доберётся до Башни и с неумолимым нахальством нарушит уединение Крама. Он не представлял, какие слова могли бы достигнуть его рассудка в день, когда прошёл всего год после смерти Соледад. Он с трудом пережил тот день - странно, что могло отличать его от дня позже или дня раньше, ведь ни в одном из них не было ни Соледад, ни надежды когда-нибудь снова увидеть её, услышать её голос, прикоснуться к ней, но отчего-то именно годовщина имела свойтво выбивать из колеи с особенной жестокостью. Это оставалось верным и для второй годовщины, и для третьей тоже, и до сих пор давало о себе знать в ту самую дату.
Но он должен был прийти туда, чтобы не позволить Мирко поддаться какому-нибудь из искушений безумия, которые отчаяние так любит швырять в самый центр сознания, охваченного пламенем боли утраты.
Формула, сочиненная Мирко ради забавы двадцать лет назад, все еще в силе, и она срабатывает. Перешагнув высокий неровный порог, Альфред убеждается в том, что не обманулся в своих предположениях, он их нашел - и Мирко, и ящик огневиски. И еще - колдографию Десимира, приколотую к одному из зубцов башни.
Всё здесь окутано болью, которая ощутима физически. Она оседает мурашками на лопатках и лезет черной пыльною взвесью в глаза, заставляя их слезиться. Альфреду знакома эта боль. Он сам до сих не научился бороться с ней.
- Арчи в панике, - сообщает он Краму с полуулыбкой, очень легкой, которая не должна оскорбить его горе, - Он не досчитался целого ящика огневиски. Не знаю, какие он мог иметь на него планы, однако же пропажа очень его обеспокоила... А меня обеспокоило твоё отсутствие, Мирко, - в последних словах улыбки уже нет, одна лишь тихая, но отчетливая серьезность.

❖ СВЯЗЬ
Пишите в гостевой, туда толпа набежит)))

0

4


FANTASTIC BEASTS: OBSCURIAL
ПЕРЕДОВОЙ ОТРЯД МРАК РАЗЫСКИВАЕТ
http://sh.uploads.ru/xY5qm.png
ЮРИСТА СЕРАФИНУ ПИКВЕРИ | О МРАК | СЕКРЕТАРЯ АРЧИБАЛЬДА АББОТА


Отредактировано Owl (2019-05-05 20:59:58)

0

5


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ДЖЕРАЛЬД РЕДЬЯРД ШАФИК
ЗНАКОМАЯ НЕЗНАКОМАЯ СЕСТРА И ЛУЧШИЙ ДРУГ СО СМЕЩЕННЫМИ МОРАЛЬНЫМИ ПРИНЦИПАМИЖДУТ САМОГО ВЕЗУЧЕГО СУКИНА СЫНА НА БРИТАНСКИХ ОСТРОВАХ ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://images5.fanpop.com/image/photos/30700000/Nowhere-Boy-nowhere-boy-30732844-500-210.gif


Aaron Taylor-Johnson


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Дорогой братец! Далеко не всем в этом сумасшедшем мире так повезло, как тебе! Ведь именно о таких, как ты говорят – родился с золотой ложкой во рту.
Тебе двадцать восемь, ты чистокровен, прелесть как хорош собой и совершенно неприлично богат. Добавь к этому папеньку заместителя Министра Магии Великобритании и уясни, что очередь твоих невест выстроилась до Парижа. А обратно – вереница «испорченных» тобою девиц. Ох уж сколько было охотников преподать тебе урок правильного обхождения с дамами (читай: женить без суда и следствия), но ты будто в младенчестве искупался в котле с Фелиц Фелициус. Разумеется, это не так, но тебе хватает ума и изворотливости (спасибо Слизерину и трехгодичной стажировке в Гринготтсе), чтобы всегда выходить сухим из воды.
Да, природа пожалела для тебя какого-либо выдающегося магического таланта, зато ты чертовски успешен в преумножении семейного капитала. В двадцать три ты ловко вложился в судоперевозки, в двадцать пять стал младшим партнером, а к двадцати восьми сфера твоих предпринимательских интересов разрослась настолько, что нет в Британии инвестора или дельца, не слышавшего твоего имени.
Ты слывёшь обходительным и обаятельным, но редко кто разглядит за дурашливой улыбкой драконий оскал. В действительности, ты запросто откусишь руку (а то и вовсе голову), любому, кто захочет пересчитать твои богатства и клыки.
Пару лет назад ты перешел из сочувствующих в лояльные Армии Гриндевальда, и уже успел подняться от пешки до рыцаря. Благодаря судоходным активам и обширным связям на Востоке, именно тебе предложили стать координатором экспансии Геллерта в Индии и близлежащих государствах. Ты виртуозно вымениваешь знания об аутентичных мистических практиках на заманчивые обещания о превосходстве волшебников. Измученные многовековой европейской экспансией индусы охотно верят твоим сладкоречивым посулам. 

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------
Флоренция Шафик

Увы и ах, твоей старшей сестре ничего не дается легко. Мы вполне дружно сосуществовали в нежном возрасте, ровно до твоего первого года в Хогвартсе. Твои первые рождественские каникулы  стали отчетной точкой нашей разлуки.
Сказал ли тебе отец о том, что произошло? Сказал ли сразу или много позже? Взял ли с тебя непреложный обет или просто обещание молчать?
Я не знаю.
Я не винила тебя за безразличие, когда ты был ребенком, не винила и после. Мне нравилось думать, что ты проявляешь деликатность к тем душевным ранам, что ещё кровят. Так что изменилось, Джерри? Истек срок давности или отец наконец-то смирился, что кресла Министра ему не видать?
А впрочем, не важно, я уже полжизни не-Шафик, и даже имя мое предано забвению, и раз уж тебя так коробит, что в тридцать я выгляжу на пятнадцать, то не проще ли нам избегать ненужных встреч? Поверь мне, брат, моя история не пьётся под Шардоне, её не сдобришь самоиронией, а оплакивать, думается мне, ты не умеешь.
Но зачем-то ты отчаянно бьёшься в мою привычную жизнь, сотрясаешь уютное одиночество.  Это всё Астерион, несносный мальчишка, бередит твои мысли, и мои - бередит. Он думает, что если вернёт меня - тебе, то легче станет ему, но Электры нет, слишком давно уж нет, и даже от тела ее, упокоенного в семейном склепе, мало что осталось.
Так случилось, что тема сестер - табу. Так стоит ли его нарушать? Я могу прочесть любую твою мысль быстрее, чем ты закончишь ее думать, готов ли ты доверить все свои секреты мне - женщине, которую не видел пятнадцать лет?
Готов ли ты назвать снова сестрой ту, которая создала себе брата из совершенно постороннего человека, перекроив его личность, точно орнамент на корсаже?

Астерион Блэк

- Джей! - восклицаю я, зарядив битой по бладжеру: дорогу нам пересекает загонщица Хаффлпаффа, прижимающая к груди квоффл.
Даже смотреть в твою сторону мне нет нужды: я чувствую, где ты, Джеральд Шафик, - ох, как длинно! - Джеральд, - непозволительно длинно, - Джерри, - нет, ты услышишь меня быстрее, Джей, иногда хватает и единственного звука - Дж. Ты начинаешь замах, кажется, ещё до того, как моя бита коснётся бладжера, ты заканчиваешь его именно там и в тот момент, когда следует: и вот уже квоффл в руках нашей команды.
Если я в чём я уверен здесь, в небе - так это в тебе.

- Джей, так куда пропала Флора? - ты пожимаешь плечами и взгляда твоего достаточно, чтобы я понял: тема твоей сестры - теперь табу.
Я предприму ещё две попытки дознаться, что сталось с ней, ты ещё дважды пожмёшь плечами и взглянешь вот так - и тема эта закроется очень надолго. На много странных и диких лет, Джей. Зато тема моей сестры пока ещё не закрыта, и вас уже на словах, по-доброму улыбаясь, женят все в нашем чистокровном обществе, и она смеётся, и ты смеёшься, а я не смеюсь - но если отдавать кому-то Эль, то, конечно, тебе.

- Джей, - слова сбились, спрессовались в горле и не поддаются попыткам произнести.
Ты не требуешь их, не ждёшь, ты в них не нуждаешься. Приносишь огневиски, газеты моему отцу, мне - журналы по трансфигурации - неужели сам подписался? - зажигаешь лампы в комнатах, окутанных тьмой.
Мне не нужно пожимать плечами и как-то по-особенному смотреть, тема моей сестры теперь тоже табу - такова, видимо, наша судьба. Вся болтовня из детства о двойной свадьбе и двойной возможности породнить Шафиков с Блэками останется болтовнёй, приёмы останутся воспоминаниями, друзья - достоянием прошлого. Но если кому и отдать билет на соседнее кресло в мою дальнейшую жизнь - конечно, тебе.

Джей, я нашёл десять новых способов убить человека, полсотни способов отравить его существование и пару сотен - превратить в калеку. Но по-прежнему ни единого - оживить, Джей, ни единого.
Джей, я умею превращать кровь и тёмный стаут, сердце в печень и жизнь в ад. Только не сумею превратить себя обратно в человека. Возможно, проблема в том, что я не хочу становиться человеком. Помню, что ощущения - такие себе, а что скажешь ты?
Джей, мне бы ещё парочку этих золотых ступ, что ты привозил из Индии, и глиняное кольцо из Малайзии, у которого всего один край, помнишь? Только теперь мне нужно закрученное изнутри наружу, а не наоборот.
Я работаю теперь в Хогвартсе и клятвенно обещаю не убивать слизеринцев. Постараюсь не трогать рейвенкловцев, пощадить хаффлпаффцев. Насчёт гриффиндорцев ничего обещать не могу. Даже тебе.

Джей, я встретил Флору.
Ту самую твою сестру, которую ты не видел пятнадцать лет.
Я встретил Флору, которая давно стала табу. Флору, о которой ты так ничего и не сказал, загадочно пожимая плечами. Я встретил Флору, Джей.
И она... и я...
Неужели... наконец я наткнулся на что-то, о чём не выходит вот так, запросто рассказать тебе?

Ты константа. Моя жизнь изменяется до неузнаваемости, всё встаёт с ног на голову и обратно. Я думал, что умер. Потом я и вправду умер. Я давно перестал быть человеком, я чудовище, у меня есть новый отец и новая сестра, новое безумие и ещё с десяток безумий стоят на подходе, переминаясь в нетерпении обуять неспокойное моё сознание. И только ты остаёшься там же, где и всегда, и без тебя вообразить мир уже, кажется, невозможно. Может ли это однажды измениться? Решать тебе.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Дорогой Джерри! Вся прелесть этого персонажа в том, что он может быть совершенно разноплановым сюжетно и эмоционально, он сможет выстроить широкий диапазон отношений и сюжетов, а мы с удовольствием откликнемся на все начинания и поможем войти в игру!
Очень ждем тебя!

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++


Жить в твоей голове и любить тебя
Неоправданно, отчаянно.
Жить в твоей голове и убить тебя
Неосознанно, нечаянно.


- Нет, тебя нет, тебя больше нет,
- хорошо, что он осознает этот факт, плохо, что не осознает себя в реальности. Его пальцы судорожно, слепо шарят по ее лицу, как будто он пытается очертить образ сестры поверх ее. Женщина отступает назад, как будто получила пощечину, будь Блэк в себе, он бы удивился такой реакции, а может бы и обиделся, но сейчас Флора наедине со своими умениями и его демонами.
Эль-Нат смотрит в неподвижные зрачки мужчины и понимает: счет идет на минуты. За годы работы с пациентами, она научилась очень тонко чувствовать ту грань, после которой сознание больного уже не вернется в тело. И Астерион уже стоит у этой черты. Решение женщина принимает мгновенно, пусть то, что она собирается сделать является чистым безумием, но не сделать она отчего-то не может. Надо бы оттащить его в соседнюю палату на кушетку, но секунды утекают слишком стремительно, мужчина падает на колени, потому Беккер безжалостно взмахивает палочкой, и Блэк меняется местами на операционном столе с недавним пациентом. Эль не обольщается, у бедняги, которого она так бестактно переместила на пол нет и десяти минут. Как только Астерион перестал поддерживать в нем жизнедеятельность при помощи заклятия, тело запустило процесс саморазрушения. Спасти мужчину может быть проще, чем вернуть Блэка, но Эль-Нат свой выбор уже сделала.
Холодные пальцы с силой ложатся на виски, чувствительные подушечки щекочут непослушные кудри. Тактильный контакт вовсе не обязателен в ее практике, но Беккер предпочитает всегда оставлять себе точку опоры на физическом уровне. Когда работаешь с сознанием без страховки, это всегда сопряжено с риском. Но если сфокусироваться на каком-то ощущении, то шанс выдернуть себя, словно Мюнхаузен за косу, из лабиринтов чужого сознания возрастает.
Первое, что она делает – размывает то самое, разрушающее воспоминание о гибели сестры. Его не нужно искать, оно на поверхности, оно яркое и доскональное, запечатлено с  фотографической точностью. Дьявол в мелочах, она точно знает, что если сгладить приметную щербинку на паркете, или убрать солнечные блики сквозь паутину трещин на стекле, или забивающую нос пыль, то воспоминание потеряет объем. Нет, боль и страх не уйдут, но постепенно рассеются вместе с докучливыми подробностями. Большинству пациентов хватает и этого, но воспоминание Астериона слишком травматично, боль продолжает бурлить в нем и пениться, но не находит точки приложения, и эта ситуация даже опаснее, чем была.
Эль до скрежета сжимает зубы и сглатывает стылый воздух операционной, который царапает гортань, будто предостерегая «Остановись! Дороги назад уже не будет!» Для его боли и страха нужна новая матрица, та, в которой он сможет испытать спасительное облегчение, а не бессилие. Она может нарисовать в его голове любую картинку, но не подкрепленная эмоциями, новая память не приживется. Мозг будет постоянно чувствовать фальшь и стремится избавиться от навязанных образов. Чтобы провести аналогичную манипуляцию с Дирком Вагнером, Эль-Нат готовилась больше полугода, собирала образы, проектировала их, расцвечивала эмоциями, переживаниями, мечтами. Имплантировала скрупулёзно и докучливо,  не давая мозгу ни единой зацепки. То, что она собиралась сделать сейчас, больше напоминает ни работу педанта-эстета, а шаманские танцы под галлюциногенными грибами.
У нее нет заготовок, нет продуманных образов, но есть память: ее и его. Беккер берет единственный из возможных фрагментов - день своего пленения. И вот уже не маленькая девочка сжимается от страха за свою жизнь в темном холодном лесу, а молодой мужчина ищет девушку, к которой неравнодушен. Она тоже помнит свой страх досконально, каждую корягу, поваленное дерево, труп оленя и оскаленную пасть рычащего волка над ним. Помнит, как мороз кусал влажные от слез щеки – теперь помнит и он. Она щедро льет свой безотчетный ужас и страх, что спасители не успеют, и он смешивается с чувствами Астериона в бурлящий коктейль, он ведь тоже так боялся не успеть. Хрупкая, едва живая девушка сжалась в темном углу вонючей лачуги – это воспоминание она подсмотрела в голове отца, и это был первый образ, боль от которого она разделила с другим человеком. Зашкаливающие эмоции мужчины хлынули в новую матрицу, наслаиваясь на образ, заполняя его. Девушка слабо улыбается разбитыми губами, и ему так страшно, что она уйдет так же, как ушла сестра, угаснет прямо на руках Астериона помятой лечуркой. Но он уже вовсе не неумелый подросток: заклятия срываются с палочки и целительная магия возвращает Флоренции жизнь.
Носовое кровотечение начинается внезапно сильно, горячие потеки заливают губы, подбородок, шею, отдельные капли срываются на лицо Астериона и выглядят настолько зловеще, что Эль уже знает – она заработает очередной страх. Если переживет сегодняшний день. В голове звенит, и это верный признак перенапряжения. Те, кто считает работу с сознанием делом легким и незатратным – глупцы. Лигилимент все время ходит по грани, перенапряжение создает риск мозгового кровоизлияния. Эль-Нат отгоняет неуместный страх и остервенело размазывает идущую кровь плечом.
Флоренция в воспоминаниях Астериона открывает прояснившиеся глаза и смотрит с благодарностью и нежностью. Флоренция в реальности держится на ногах из чистого упрямства.
- Пожалуйста, посмотри на меня… - шепчет она окровавленными губами и будучи не в силах больше стоять, отпускает голову мужчины и оседает на холодные каменные плиты.

❖ СВЯЗЬ
Гостевая/ЛС - Эль-Нат Беккер или Астериону Блэку

0

6


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Клайв Бьюкенен
КОЛДОМЕДИКИ НА СТОРОНЕ ДОБРА И ЗЛАРАЗЫСКИВАЮТ СТАРОГО ДРУГА НА ВРАЖЕСКОЙ|ПОДКОНТРОЛЬНОЙ ТЕРРИТОРИИ ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s9.uploads.ru/VTSKH.gif http://s7.uploads.ru/lTgut.gif

Jeremy Renner, Tom Hardy,...


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------


В будущем о жизни твоего отца, сквиба Ангуса Бьюкенена, прославившегося как в мире маглов, так и в мире волшебников, напишут и издадут сотни книг, в его честь учредят несколько премий, маги всего мира будут слетаться на матчи сборной Шотландии по регби, периодически ставя под угрозу статут о Секретности, а самый известный его труд "Моя жизнь в качестве сквиба" выдержит сотню переизданий. Но на момент начала этой истории книга его не обрела и первой главы, а ты, Клайв, уже весьма громогласно заявил о своем существовании. Шел 1890 год или около того.
Все твое детство прошло на стыке двух миров. До первых проявлений магии ты гораздо больше тяготел к магловским мальчишкам, которые с восторгом принимали сына знаменитого регбиста. С первыми проявлениями магии круг общения пришлось сменить на магический, где отец был еще не столь известной, но, как минимум, заметной фигурой. (единственный сквиб, добравшийся до порога Хогвартса, шутка ли)
Неизвестно, успела ли его слава, обрушившаяся на семью с выходом книги, раньше тебя переступить порог Хогвартса, но отголоски ее несомненно следовали за тобой по пятам всю дальнейшую учебу. Тебя это абсолютно не тяготило и никак не отражалось на твоих отношениях с миром. Гриффиндор (а может, Хаффлпафф) такими вещами не кичится.
По окончании школы ты проявил свойственную вашей семье самостоятельность и избрал профессию колдомедика. Попутно весьма серьезно углубился в магловскую медицину, полагая, что у делающих успехи в этом направлении маглов можно многому научиться.  У тебя несомненный талант к хирургии и чарам, и ты отлично показал себя в экстренных ситуациях, мгновенно принимая взвешенные решения. Через два года стажировки в Мунго, ты обратил на себя внимание иностранного целителя, приехавшего в Британию по профессиональному вопросу. Это был мой отец, Руфус Хайланд, и ты воспользовался его приглашением провести последний год стажировки в Германской империи, в Мюнхенском магическом госпитале, в отделении недугов от заклятий.
Годом стажировка не ограничилась. Какими были побудительные мотивы, заставившие тебя осесть в Германии  - оставляю полностью на твое усмотрение. Возможно, красавица жена и двое детей, возможно - обширная практика, возможно - разыгравшаяся в 1914 году война, в которой ты мог принимать участие, вдохновившись примером моего отца и не в силах терпеть страдания гибнуших маглов, а мог - оставаться на передовой колдомедицины, не покидая стен госпиталя. Как бы то ни было, к моменту моего окончательного появления в твоей жизни в 1917 году ты работаешь в Мюнхенском магическом госпитале на должности Старшего целителя, а моего отца год, как нет в живых.

Ты много шутишь, много куришь и обладаешь  долей здорового цинизма, воспитанного годами практики. Однако твой добродушный склад характера и темперамент сангвиника не допускает жесткости, жестокости и пренебрежения к пациентам, так что никто из них бы не обвинил тебя во врачебной черствости, хотя при необходимости ты можешь быть весьма суров и бескомпромиссен. С коллегами чаще, но еще чаще - с начальством, которое периодически лелеяло надежду найти как бы тебя наказать за недостаточно почтительное отношение к власть имущим. Ты не конфликтный, ты просто не выносишь дураков,особенно дураков у руля.
Ты определенно хорош в колдомедицине и никогда не ограничивался одним направлением, кочуя из отделения в отделение, набираясь разнообразного опыта. Из тех, кто и больного ликантропией усмирит, и аврора грубой ниткой заштопает, и ребенка у роженицы примет (без особого восторга, но под бесконечные шуточки, от которых она скорее родит от хохота, чем от естественных механизмов).
Помню, что за отворотом любой твоей куртки обязательно прятался набор хирургических игл и нить.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Мы знакомы с первого твоего года пребывания в Мюнхене, поскольку все время, что я проводила за пределами школы, я обитала у отца на работе, готовясь стать целителем. Так что ты воочию мог наблюдать весь путь, что я прошла от все еще ребенка с горящим восторгом взглядом до молодой женщины с несгибаемым упрямством, достойным лучшего применения и не слишком подходящим для целителя складом личности.  Возможно поэтому мы так неплохо сработались, успев привыкнуть друг к другу задолго до того, как я формально смогла заниматься колдомедициной и портить тебе нервы.
Ты любил хохмить, что из-за меня поседеешь раньше времени и имел полное на то основание, регулярно выуживая меня из разнообразных передряг (в духе той, как я, не будучи даже стажером, применила к пациенту реанимационные заклинания, не дожидаясь твоего появления). Ты не гнушался критиковать меня, но всегда делал это так, что у меня не возникало желания послать тебя к гриндилоу. Ты открыл мне глаза на магловскую медицину, показав, что их достижения нельзя сбрасывать со счетов, особенно, когда велик шанс столкнуться с их оружием, когда им вновь захочется поиграть в войну. То, что я виртуозно накладываю магловские швы на раны и не гнушаюсь идти на открытые оперативные вмешательства - твоя заслуга.  То, что во мне нет ненависти к маглам после смерти отца от их рук - тоже твоя заслуга. Пить огневиски меня тоже научил ты, хотя не так гордишься этим, как первыми двумя пунктами. :D
В 1926 году в Баварии станут набирать силы сторонники Гриндевальда. Сперва исподволь, затем все более явно, и в декабре 1926 года Бавария полностью перейдет под контроль магов, наплевавших на Статут и открыто объявивших о своем превосходстве. Многие бежали, пока была такая возможность, но ты остался на своем месте. Я не знаю твоих побудительных мотивов, Клайв. Возможно, твоей семье угрожали. Возможно, тебя удержало чувство долга передо моей семьей, ведь на попечении в твоем отделении оказалась моя тетя, находящаяся в магической коме после воздействия особо темного проклятья. Возможно, ты увидел для себя шанс сопротивляться новому режиму изнутри, спасая тех, кому не посчастливилось оказаться перемолотыми его жерновами. Возможно, ты тайный участник баварского партизанского сопротивления.
На самом деле, мне страшно думать, что твои мотивы могут оказаться иными и сотрудничество с новым режимом - полностью добровольное, что эти идеи нашли путь и к твоему сердцу. Мы не виделись вживую около двух лет и я не знаю, какие события твоей жизни предшествовали нашей новой встрече. Но мне хочется верить, что ты все еще прежний, поскольку я в очередной раз вляпалась в передрягу, Клайв, и пока не знаю, как из нее выберусь без твоей помощи.
Мы обязательно встретимся осенью 1927 года, когда я вновь появлюсь в Мюнхенском госпитале, но уже в качестве пленницы. Моих пленителей будет интересовать информация, которую может предоставить разум тети, находящейся на твоем попечении, меня же будет интересовать любая возможность сбежать. У тебя же будет широчайшее поле для того, чтобы помочь мне в нелегком этом деле или помешать.
Еще тут тебе прилетела

сова от Доротеи Шварцвальд
п.с. осторожно! она кусается!

Заявление об увольнении
Назовем это "просьбой об отпущении"

Мы с тобой, Клайв, знакомы достаточно давно для того, чтобы я опустила формальности. Так что, вот, погляди-ка - "леди Шварцвальд" (это я говорю непременно твоим хохмично-напыщенным голосом в своей голове, чтобы ты точно знал, насколько это приедается) не испещряет половину пергамента чопорными словами вроде "соблаговолите", "извольте", "будьте так добры". Можешь считать это исключительно своей заслугой. Добился.
Это лирика, за которой я пытаюсь спрятать суть. Но не вернуться к ней не могу, так что: я и правда хочу уволиться и обязана известить себя о данном намерении.
Ты наверняка слышал прискорбные новости о моем брате. Теперь можешь не переживать за меня. Даже не смотря на то, что ты всё конечно же тогда надумывал и, почему-то, не верил правде - никакой брат меня не бил. Я сама падала. Ей Мерлину! Я должна была это ещё раз прояснить, а то ты вообразишь себе невесть что опять. Не будем к этому возвращаться.
В связи с этим всем я не могу больше оставаться здесь, в Германии. Слишком тяжко.
Не буду утруждать тебя своими планами на будущее, а то твоя голова опять начнет "болеть от духоты" моего типичного существования. Как-то так ты называешь зависть моему положению, не так ли? Ты знал, что я не упущу возможности об этом упомянуть. Сам придумал - сам и наслаждайся!
Я буду тосковать по работе под твоим чутким руководством. Благодарна за годы службы в госпитале бок о бок. Даже игнорируя тот факт, каким раздражающим ты бывал что далеко не сразу мы смогли сойтись во мнениях и характерах.
Ты был неплохим наставником.
Приглядывай, будь добр, за Соль.
Пока она себя не загубила своим трудоголизмом.
И не смей говорить этой самаритянке, что я о подобном просила.
Ну а я отправлюсь по своим делам.
Прощай и с уважением вслух ты этого никогда не услышишь
Доротея Лореляй Шварцвальд.


Это письмо Доротея Шварцвальд отправила перед своим увольнением из госпиталя в Мюнхене. Она была школьной подругой Сольвейг, поэтому именно она стала тем мостиком, который помог им двоим начать общаться на уровне более глубоком, нежели "здравствуйте - до свидания".
История Клайва и Теи - это бесконечная история упражнений в остроте языка. С тех пор, как Соль их познакомила по-человечески, Дора перестала делать вид, что она сухая вобла из высшего общества и стала позволять себе колкости и язвительность, а Клайв в этой гонке подколов уж точно не отставал.
Он был единственным, кажется, человеком, который заприметил, что  Доротея Шварцвальд - единственный сотрудник госпиталя, который не просит отгулов и выходит на праздники, совершенно никогда не отправляясь к семье. Клайв чуть не получил убивающее заклинание промеж глаз, когда посмел бегло изучить ту гору писем от её брата, что Тея старательно не читала. Клайв стал задавать вопросы, стараясь выяснить. Потому что был чертовски чуток и внимателен. А потом, уговорив Шварцвальд посетить родной дом хотя бы на годовщину смерти отца, был единственным, кто заметил на Доротее свежайшие синяки и свежесрощенные раны.
Коайв был единственным в окружении Доротеи, кто догадался о том, что именно происходило за закрытыми дверями поместья Шварцвальдов.
Только вот Тея ему, конечно же, не позволила. Ни помочь себе, ни узнать правды, ни позаботиться. Тея отбрехивалась и изворачивалась. Так что им обоим было удобнее, в конечном итоге, сделать вид, что ничего не было.
Они вернулись к подколам, только теперь Тея старалась держаться подальше, а Клайв не упускал возможности исподтишка проверить, не появилось ли новых ужасающих следов.
А потом Тея ушла. Сначала из больницы, сообщив, что ей срочно надо домой. Потом - из страны, отправив лишь письмо, так и не явившись лично.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Планы на игру: это заявка в крепкое товарищество, которое только и может связывать коллег-целителей, достаточно долго знакомых друг с другом и хлебнувших разнообразного пойла из одной фляжки. Однако, товарищество не означает безоблачность, как в прошлом, так и в настоящем:)
У нас с вами огромный период прошлого, в который можно отыграть множество разнообразных ситуаций. По сути, после смерти отца, я остаюсь один на один с избранной стезей целителя и наломаю достаточно дров прежде, чем сама встану на ноги, и на этому пути поддержка Клайва была бы неоценима. Может быть вы, однако, так себе дровосек.
В настоящем же я отчаянно буду искать выхода из плена и эту ситуацию можно разрешить весьма многообразно.
На форуме присутствует достаточно представителей армии Гриндевальда, чтобы не оставить вас без работы, в том числе четыре колдомедика разной специализации. Доротея тоже жаждет вас видеть, чтобы в очередной раз поупражняться в словесных пикировках. Она теперь весьма изменилась и обладает навыками, от которых у тебя вполне возможно волосы встанут дыбом.
Скучно определенно не будет!

❖ Все, что не прописано - вам на откуп. Из прописанного - решительно все обсуждаемо. Вы можете изменить имя, но фамилию и происхождение мы очень бы хотели оставить. Нам кажется, что история сквиба, воспитанного маглами, ставшего всемирно известным игроком в регби и написавшего обо всем этом книгу, популярную у волшебников, прекрасна сама по себе и закладывает отличный фундамент для становления Клайва. К тому же родственники в Шотландии отличный повод пересечься с персонажами, обитающими за пределами Германии. Очень хотелось бы увидеть персонажа с границы двух миров, с самого детства пребывающего на ней и прекрасно ориентирующегося во всех перипетиях жизни маглов и волшебников, и как этот персонаж вынужден будет существовать в условиях, когда Бавария окажется под пятой Армии Гриндевальда.
Пожалуй, самым жестким остается вопрос возраста. Клайву никак не меньше 35 лет, а скорее ближе к 40.
❖ Мы можем обсудить любой момент истории, где мы разойдемся во взглядах дабы прийти к варианту, устраивающему нас всех. Вы можете даже поменять лояльность, действительно присоединившись к армии Гриндевальда на добровольных началах, хотя возможность с вас начать формировать баварское сопротивление, в рядах которого состоит кузен Сольвейг, откровенно греет сердце. Да и по разные стороны баррикад от Доротеи будет интересно. 
❖ Джереми Реннер определенно внешность, которую мы хотели бы видеть! Ее можно сменить безболезненно, если вы сможете предложить сходный с ним и Харди типаж. То бишь, коренастый, крепко сбитый мужчина, без тонких черт лица, излишней смазливости и какой-либо воздушности. Клайв очень прочно стоит на ногах и с некоторой высоты своего роста плюет на трудности, что вы готовы на него возложить. Еще и зубоскалит, зараза)

❖ Пишу от 3к, от третьего лица. Не смущаюсь, если вы пишите при этом от первого, не считаю знаки, не подгоняю и не требую постов. Меня устроит любая скорость отписи, укладывающаяся в форумный минимальный лимит. К себе ожидаю сходного отношения. Зафлужу, если вы флудер, оставлю в покое, если нет.Найду вам десяток сюжетов, свяжу с другими игроками, хотя самостоятельность в данном вопросе будет в плюс. Обосную любой кипишь, так что ко мне можно с любыми идеями. В графику могу только очень посредственную.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Она все еще не обрывает колдовство, все также исступленно вливается в него всем своим естеством- горецвет уже не просто скрыл под собой могильный холм, он стелется ковром окрест, а вьюн оплетает ее собственные лодыжки.  Аромат цветов становится нестерпимым, от него спирает в горле, но Соль рвано дышит им, жадными глотками пьет этот сгустившийся воздух. Эта волшба лишена красоты, она злая и дикая, как может быть жизнь, когда вгрызаешься в нее зубами. Сольвейг не скупится и не заботится о красоте и форме. Все это грубая штопка по обширной ране, только чтоб остановить выматывающее кровотечение, так жестоко ее обессиливающее. Выздоровление-дело многих лет, шрамы, точно метки темного проклятья, не сойдут никогда, а фантомные боли, вероятно, будут доводить ее до безумия, но это все мелочи по сравнению с необходимостью жить, жаждой этой жизни. Она действительно хочет жить, и будь иначе- ушла бы следом за родными тотчас же, когда увидела обезображенные их тела.
Это был бы простой, легкий исход.
Но ее удел жить, черт подери, долг ее перед семьей и собой! Горецветы, точно заверяя эту мысль, распахивают ставшие неестественно большими соцветия, яростно-желтым, горьким и животворящим одновременно, плещут они, застилая взор. 
И в этот момент тяжесть чужой ладони на плече обрывает наваждение.
- Вы ведь волшебница?- хрипло шепчет незнакомец, присутствия и приближения которого она не заметила. В царящей вокруг тишине шептать нет нужды, от того вопрос приобретает для Сольвейг зловещий оттенок. Все внутри каменеет, точно к ней применили Duro, а не только лишь коснулись.
Ничего не докажешь.
Соль требуется лишь мгновение, между уже отзвучавшей фразой и той, что ей еще предстоит услышать- ловким поворотом кисти палочка скрывается  в рукаве платья, а на лицо падает непроницаемое выражение вежливого недоумения. С ним она и оборачивается к высокому мужчине, молча стряхивая ладонь с плеча, и желая, чтобы он не стал настаивать на своей версии. По долгу службы как применяется Obliviate Сольвейг знает, но не любит это заклинание, редко использует даже когда воспоминания о перенесенных страданиях мучают пациента, и тем более не готова касаться его здесь и сейчас.
- Помогите мне, пожалуйста.
На бескровном сером лице незнакомца явственно проступает страдание и его ведет в сторону стоит руке лишиться опоры ее плеча, но еще раньше Соль накрывает знакомый до горечи во рту металлический запах, который так близко не способен более заглушать аромат разросшегося горецвета. Как сомелье способен различать тысячи оттенков аромата вина, так целитель ощущает запах болезни, помнит, что значит каждый из них. И запах крови- первый в этом списке.  Целитель чует кровь ничуть не хуже гончей.
Вот и она- насквозь пропитала правый рукав темной мантии, так неподходящей этому месту, так вызывающе бросающейся в глаза своей инородностью, подтверждая однако и факт того, что перед ней все же волшебник, а не любопытствующий маггл. Два волшебника и маггловское кладбище, однако, у судьбы есть чувство юмора и талант к режиссуре.
- Черт возьми,- выдыхает Сольвейг, преодолев потрясение первых мгновений. Она поддается вперед,  отдергивая полу мантии, чтобы найти источник кровотечения, но приходится убрать руку и снова подставить плечо под ладонь мужчины, который теперь наваливается всей тяжестью и едва не придавливает к земле.
- Сядь, давай же.
Она помогает незнакомцу сесть ,и он тяжело приваливается спиной к обелиску. Кровь пачкает белый камень, но Сольвейг не видит этого. На самом деле ничего не видит, кроме очевидного- на ее руках истекающий кровью человек ,и она единственная, кто может, обязана ему помочь.
Вот и все. Все сложности в расстановке приоритетов, вся твоя боль и метания теряют в весе, становятся несущественными перед лицом долга. Это очень просто: ты, пациент и мера твоей ответственности.
А ее спрашивают за что она любит свою работу.
- Эй, не молчи.  Говори со мной,- Сольвейг быстро окидывает взглядом окружающее пространство, но они по прежнему одни. Надолго ли? Сколько у нее есть времени?- Тебя будет клонить в сон, не поддавайся этому. Как тебя зовут? Ты можешь сказать, как это случилось?
Впрочем, "как" она вполне представляет себе, продравшись сквозь заскорузлую от крови рубашку и обнажая рану, похожую на удар пики. Багряный отек, расходящийся солнечной короной вокруг нее пускает вдоль позвоночника льдистый холод. От ее прикосновения кожа слущивается, валится хлопьями, будто ее обдали кипятком. Склоняясь к ране, Соль ощущает едва уловимый запах падали, причудливо мешающийся с кровяным. Запах этот не сулит ничего хорошего, но Сольвейг решительно гонит от себя это жуткое ощущение безнадежности.
Чего бы ты не стал просить у мира, будь готов к двум вещам: то, что случится, не будет похоже на то, что ты просишь. И почти наверняка ты с этим справишься. 
Она просила, требовала себе огня и взрыва? Что ж, почему бы не человек со смертельным проклятьем там, где ты кажешься себе бессильной?  Лишь бы только никто не появился следом и не превратил изящную метафору в пошлую правду.
- Computresco caro,- выдыхает зло, закатывая рукава платья и выхватывая палочку, которую все еще прятала до этого момента. Ей приходилось сталкиваться с этим проклятьем, так что симптомы бросаются в глаза и у нее почти нет сомнений. Обезболивающие чары здесь будут почти неэффективны, но она все равно накладывает их на всю руку и грудную клетку прежде, чем вновь коснуться раны. Мышцы сереют, расползаются от малейшего прикосновения, но кровь останавливается после нескольких же заклинаний возрастающей силы. Это не благо. Можно подумать, что проклятье растекается от источника подобно чернильной кляксе по пергаменту, пропитывая собой плоть, но на самом деле, будучи по своей природе сродни токам тела, устремляется по пути наименьшего сопротивления. Оно вливается в сосуды, проникает меж сухожилий, обволакивает нервы и уже оттуда начинает свой гибельный путь изнутри наружу. При других обстоятельствах, имей под рукой кровевосстанавливающее зелье, Соль предпочла бы крайней мерой пустить незнакомцу кровь, чтобы ослабить действие проклятья. Но не теперь, разумеется. Придется придумывать что-то еще.
- Каковы шансы, что тебя будут преследовать?- спрашивает, поднимая взгляд на мужчину. Вывод этот напрашивается сам собой. Сольвейг встречалась с аврорами, попадавшими к ним в госпиталь после переделок с темными магами. Все факты на лицо: проклятье, случайная аппарация в совершенно неподходящее место, невозможность маскировки. Уходить отсюда им все равно придется, вопрос лишь в том, как далеко она должна его увести.

❖ СВЯЗЬ Гостевая, ЛС

Отредактировано Owl (2019-02-01 00:56:36)

0

7


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

МАРКО ФЕРНАНДЕС
Любимая СестраРАЗЫСКИВАЕТ МЛАДШЕГО БРАТА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s8.uploads.ru/t/I67mW.gif


Tom Ellis/Luke Evans


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Марко Феранандес, АГ, 38 лет, охотник за головами и реликвиями, мастер темной магии, холост.
Марко был долгожданным ребенком в семье Фернандес. Его мать всегда хотела сына, но вопреки ее ожиданиям первой родилась дочь. Поэтому матушка была вне себя от счастья, когда на свет появился Марко. С младенчества его окружали только самые лучшие вещи, люди и даже погода ( магия она такая). Все за исключением внимания отца, который до безобразия любит старшую сестру и оживлялся лишь тогда, когда она приезжала на каникулы. Впрочем Аделаиду Марко не возненавидел, потому что матушка давала ему столько внимания, что отца можно было понять и простить. Но росток ревности и соперничества между сестрой и братом все же успел зародиться. Далее Марко отправляют в Дурмстранг. В учебе мальчик показывал себя прекрасно и одарено, а может был бы лучшим учеником, если бы не его жажда свободы, а значит и нарушение правил. Впрочем это не помешало ему полюбить темные искусства. Затем была свадьба сестры с русским, которого он возненавидил с первого взгляда. Как же...В жизни Аделаиды появился кто-то важнее него. Такой наглости Марко простить не мог. После окончания школы Фернандес домой не вернулся, избегая попадания под опеку матери. Он путешествовал по миру и зарабатывал себе на жизнь совсем не так, как мог бы будучи наследником богатого чистокровного испанского рода. Тем не менее жажда приключений была у него в крови и доподлинно не известно чем именно занимался Марко до попадания в Армию Гриндевальда. Кто-то говорил, что он был орхотником за головами, кто-то, что на заказ разыскивает редкие артефакты, кто-то, что контрабандист. Неоспоримым фактом было то, что Марко был умен и хитер, поэтому попав к Гриндевальду он быстро дослужился до рыцаря, но дальше дело не шло. Ему нужно было что-то чтобы поразить мастера. Тогда ему пришла в голову ужасная мысль использовать сестру для своего повышения. На тот момент Ада была известным артефактологом и могла быть полезной, а возможна даже знала, где находится то, что искал Гриндевальд. Чем не путь к повышению? Тогда он инсценировал несчастный случай на ее экспедиции. В результате вся команда Власовой погибла, а ей самой изменили память. Угрызениями совести Марко не мучался, хотя ему было безгранично больно наблюдать за тем, как страдает его сестра от мысли что ее дочь и муж погибли. Впрочем пути назад не было и ему оставалось лишь жить дальше и научить этому ее. Учитывая, что он убедит своего мастера, что Ада может быть полезной пешкой в их рядах, даже не обладая нужной информацией.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Что можно сказать об отношениях брата и сестры? Ада всегда смотрела на младшего брата с высока, но была рада, что мечта матушки осуществилась и ее оставили в покое. В отличии от Аделаиды Марко можно было все и матушка прекрасно обеспечивала его всем, что душе угодно. Мальчик с золотой ложкой во рту. Они дружили в детстве и даже развлекались. Перелом в отношениях наступил в юности, когда Ада стала Власовой. Пожалуй по классике жанра Марко Власова не взлюбил, учитывая, что с детства ревновал свою семью по поводу и без из-за баловства, которое ему обеспечивала матушка. Уже будучи у Гриндевальда Марко станет для Ады всем

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Хотелось бы персонажу жизни и долгой игры. Думаю итак понятно, что Ада полностью завязана на идеи с братом, поэтому играть можно много и долго. При этом он вполне самостоятельный персонаж, которого я не закрываю в рамки каких-то определенных отыгрышей. Единственное попрошу не делать его аюсолютно добрым. Злым? Пожалуйста, но не добрым. Ему не чуждо состарадание, грусть и т.д., но он не лишен пороков таких как тщеславие, жажда наживы и прочее. Вы моежет придти с кем-то в парой. Это будет прекрасно. В принципе вся биография вполне меняема, как и внешность. Единственное фамилия останется неизменной, как страна происхождения и лояльность. От вас требуется логично вписать как вы попали в Армию Гриндевальда, из каких побуждений. Все остальное в принципе придумано и менябельно, кроме истории моего персонажа. Очень попрошу при взятии персонажа, связаться в гостевой для уточнения деталей. Буду очень рада видеть, обогрею, затащу в игру и буду безгранично счастлива. Вы очень нужны.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

-Экспекто Патронум. - голос Сириуса звучал уверенно и через мгновение с палочки соскочил пес. Он отличался от того, что Роуз видела в прошлый раз. Сказать что он был потрясающим ничего не сказать. Девушка была довольна собой и своим учеником. Ее губы моментально тронула улыбка, а на лице можно было прочитать гордость, но не успела она сказать, о том, что Патронус прекрасен и как она говорила, что у Блэка все получится и вообще он такой молодец, да и она тоже, как тот резко развернулся.
-Спасибо. - произнес он, находясь в опасной близости от нее. Вейла даже не успела подумать, что ему ответить, как в следующую секунду, мгновение...Она почувствовала как, губы обожгло всепоглощающее тепло. На секунду показалось, что Роуз сгорит в его руках, разобьется, сломается. Смесь чувств захлестнуло ее с головой как волна, ураган, цунами. Девушка не могла ни сделать шаг назад, потому что он крепко, как ей казалось, держал ее, ни разразиться угрозами в его адрес, но могла лишь отвечать на его действия, понимая, что ей не особо и хочется, чтобы это заканчивалось. Розмари Линдгрен с треском провалилась перед неожиданными действиями Сириуса Блэка. В ее голове время стало течь иначе и возможно сознание ей диктовало, что они стоят так и целуются на опушке в запретном лесу около часа, хотя в реальности прошло всего лишь несколько минут или и того меньше? Как только все закончилось, девушка слегка отклонилась назад. Она стояла и тонула в его глазах, ощущая как в груди выбивает чечетку сердце. Легкий ветерок трепал ее волосы и охлаждал пылающие щечки. Роуз выглядела растерянной. Стоит признать, что бунтарь напротив застал ее врасплох. Буря эмоций внутри угрожала вылиться в шквал претензий, но эффект неожиданности брал свое, не позволяя ей разразиться оскорблениями.
Иногда бывает так, что в самый неподходящий момент происходит что-то, что потом переворачивает весь твой спокойный тихий мирок, который теперь укрылся в углу и плачет кровавыми слезами от предстоящего приключения. Вы наверное подумаете, что вот оно счастье! Один из самых классных парней в школе поцеловал очаровательную вейлу, но как бы не так. Внутри у Линдгрен бушевала буря из непонятных чувств и эмоций. С одной стороны хотелось огреть нахала чем-нибудь потяжелее, с другой наложить заклятие забвения, с третьей броситься ему на шею и ответить еще более страстно. К сожалению большее на что она была способна это:
- Очень хорошо... - выдавила она, с нескрываемой дрожью в голосе. Она даже не знала что именно было "хорошо" поцелуй или Патронус. Линдгрен все еще не двигалась с места, глядя в глаза Сириусу. Только сейчас она заметила, что вообще он был достаточно хорош собой. Его темные волосы, острый взгляд, блуждающая ухмылка - он напоминал хищника на охоте за девичьими сердцами, коллекция которых с каждым годом только возрастала. На лице Роуз читалось удивление смешанное с какой-то потерянностью. Взгляд голубых глаз буквально пронизывал его, будто пытаясь найти ответы на свои вопросы. Почему? Зачем? Как? Застывшее выражение лица Розмари, оживляли лишь частые взмахи длинных ресниц. Она не знала сколько прошло времени, может минута, а может всего пару секунд, пока ее мысли более-менее не нашли рационального объяснения тому что случилось совсем недавно. Наверное я перестаралась с очарованием... - мелькнуло у нее в голове. Девушка медленно перевела дыхание, все так же не двигаясь с места. Все же она решила, что скоро Блэк должен прийти в себя и когда она отойдет чуть дальше, то и у нее пропадет очевидное желание поцеловать его в ответ. Линдгрен иногда вспоминала свои первые чувства. Первая влюбленность у Розмари наступила в 15 лет. Пожалуй это было одним из самых ярких ее воспоминаний. Парень учился на последнем курсе Хогвартса, а она на пятом. Парень был симпатичным и вежливым, а еще он кажется любил ее. Конечно для наивной девочки это было в новинку и она с головой погрузилась в свои чувства. Каждый раз при встрече с ним она испытывала легкость и непринужденность, не замечая, что на него влияло ее очарование вейлы. Когда он выпустился, то обещал ей писать и ждать ее на каникулах, но на все ее письма не было написано ни строчки. Тогда Розмари с горечью поняла, что на самом деле это не любовь, а юношеская влюбленность и что более обидно ее дар, который стал для нее проклятьем. Нет, Роуз не возненавидела свои способности, а только стала пользоваться этим для своей выгоды. Ей было удобно практически на автомате располагать к себе людей и это чувство ей нравилось, хотя и вызывало грусть, потому что когда утро опускалось холодным рассветом на очарованные ее сердца, то они просыпались от сладкого забытья. Влюблённость вообще странное чувство, заставляющее людей идти на необдуманные поступки, слова, действия, а потом все пережитое становилось обрывком красочного сна, который жестоко прервали и только единицы перерастали во что-то более серьезное, чем просто увлечение. Сейчас перед ней стоял Сириус и она прекрасно понимала, что учитывая их необычный урок старалась помочь ему, но при этом видимо приложила слишком много усилий. Роуз немного неловко подняла руку, будто хотела что-то сказать, но в горле предательски пересохло. Тогда она просто коснулась кончиками пальцев его растрепавших волос, делая вид что в них что-то застряло, но на самом деле ей просто нужно было что-то сделать, чтоб отвлечь внимание и не поддаться порыву. - Ветер... - проговорила она, пытаясь вернуть своему голосу уверенность, а на лице появился оттенок задумчивости, который быстро сменился наигранно непринужденностью. Отведя глаза, она ловко выскользнула из рук Сириуса и направилась к дереву, где оставила свою школьную сумку. Линдгрен была рада, что пришлось повернуться к нему спиной и он не увидит ее играющую на лице улыбку и совсем раскрасневшихся щечек. Неуверенными, но быстрыми шагами она добралась до своей отправной точки, с которой началось их факультативное занятие. Ей казалось, что если не заострять внимание на том, что случилось, то скоро это забудется и она сможет вновь взять себя в руки и общаться с Блэком как обычно подобает однокурсникам. К ее удивлению руки продолжали не слушаться, когда она опустилась вниз, чтобы найти в ней так кстати припрятанные кексы с обеда и пару яблок. Они с Валенсией хотели позже встретиться и зная пристрастия подруги к сладкому Роуз благоразумно позаботилась о том, чтобы порадовать свою любимую подругу. Конечно, девушка никак не предполагала, что угощать она будет не брюнетку, а брюнета. Все же приложив больше усилий, Розмари все же достала все, что искала и выпрямившись, она еще раз перевела дыхание, чуть поведя плечами и уже с привычной для нее улыбкой на лице, повернулась к Блэку.
- Ты хорошо постарался. Твой Патронус сейчас выглядит идеально. - громко проговорила она, кидая взгляд на огромного пса, который был удивительным и совсем как живым. К нему успел подойти ее ирбис, будто бы изучая своего нового друга. Удивительно, что вроде бы у неживых Патронусов могло быть что-то напоминающее душу, хотя если посмотреть с другой стороны, то скорее всего они были даже больше наполнены душой чем некоторые настоящие люди. С одной стороны это было куда более чем просто грустно, с другой такова была жизнь и изменить ее было невозможно даже с помощью волшебной палочки.
- Кстати, почему пес? - с интересом спросила она, подходя к парню ближе и держа в руках то, за чем она отходила. - Держи, я все же не настолько бессердечна, чтобы оставить тебя совсем без сил. - Роуз слегка улыбнулась, протягивая Блэку яблоки и кексы. Она избегала смотреть ему в глаза, поэтому со всем усердием разглядывала Патронусов. Жаль, что она так и не заметила как среди размышлений и мыслей, Сириус крепко поселился в ее голове.

❖ СВЯЗЬ  гостевая, далее скайп, вк, телеграмм, лс, все что душе угодно.

0

8

ВЛАДЕЛЕЦ ДЕТЕКТИВНОГО АГЕНТСТВА МИСТЕР ЛИС СОБИРАЕТ КОМАНДУ МЕЧТЫ

АНАФЕМА ТЕМПЛ
http://s9.uploads.ru/5a6f7.gif

Родственница тех самых Малфоев, которые "за" мужской шовинизм и строгое следование спартанской традиции избавляться от всего, что портит безупречность породы. От сквибов тоже. Воспитывалась в семье обеспеченных маглов, получила отличное образование, в свои пятьдесят рулит целым Скотланд-ярдом и порой помогает с расследованиями обаятельному и несносному частному детективу. От кровных родственников скрывается, но от таких разве скроешься?
Обязательные пункты резюме:должна быть невероятно крутой и офигенной.


занят

Добрейшее существо на планете, даром, что вампир. Клыкаст, мил, обходителен и вежлив, обладает недюжинными аналитическими и дедуктивными способностями и никогда не пропускает собрания клуба анонимных вампиров (каждую неделю, где-то в отрогах Карпат, порт-ключ предоставим).

Обязательные пункты резюме: чувство юмора, обаяние и желание творить персонажу интересные приключизмы.


РЭЗВАН ИОНЕСКУ
http://sh.uploads.ru/jg3D2.gif

АЛАНИС БЕЙЛИ
http://s3.uploads.ru/yIQZP.gif

занята

Старинная подруга мистера Лиса, с которой весело и удобно было попадать в неприятности. Потом оба выросли, а неприятности остались и сделались еще интереснее. Жрица Вуду, впускает в себя духов, знает всех Лоа, как своих родственников, в полную луну обращается не тривиальным европейским волком, а котеечным ягуаром, не абы как.
Обязательные пункты резюме: очень душевное чернейшее чувство юмора и коллекция фраков, какой позавидовал бы сам Барон Суббота, желание копнуть матчасть по вудизму и поизобретать велосипед.


Отредактировано Owl (2019-08-29 14:54:05)

0

9

------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Рагнвальд в прошлом ав Химмелен-Фьелль
ДОЧЬ И МАТЬРАЗЫСКИВАЮТ МУЖЧИНУ ЧТО ДО СМЕРТИ РАЗОЗЛИЛ ДВУХ ВОЛЧИЦ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

https://thumbs.gfycat.com/HandsomeElegantDragonfly-size_restricted.gif


travis fimmel


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ты самоуверен, умен, и стратегичен. Ты знаешь, чего хочешь и как этого добиться, и тебе совершенно все равно, сколько для этого придется срубить голов. Ты бесстрашен и храбр, жесток и не прощаешь ошибок. Ты мудр и любишь знания, и собираешь их крупицу за крупицей чтобы затем использовать в своих целях. Ты ценишь друзей и тех, кто тебе предан, но совершенно безжалостен к тем, кто тебя предал.
[indent] Амбициозен и учишься магии как безумный ученый, и жаждешь того, чтобы мир принял тебя, как своего, но чувствуешь, что мир этот безжалостен к тем, у кого нет статуса и денег. И ты смог заработать оба причем совершенно самостоятельно. Продаешь а большие деньги все, что только можешь поймать: родную стихийную магию, информацию, и даже собственную дочь.
[indent] Ты был рожден в достойную норвежскую семью, но у тебя никогда не было шансов на то, чтобы стать наследником семейного имени и богатства - младший сын, ты провел всю свою жизнь пытаясь доказать своим холодным родителям что ты лучше, умнее, храбрее, и предприимчивее чем все твои братья, но это ничего не изменило. Ты отучился в Дурмстранге и решил взять судьбу в собственные руки. Ты оказался полностью погружен в поиски новой магии, темной, светлой, бесплалочковой, стихийной, и обошел в ее поисках практически весь мир. Ты искал силы, искал статуса, и искал способа стать частью по-настоящему сильной и могущественной семьи, вот только девушки Европы не дали тебе долгожданной свадьбы и смотрели немного свысока, и ты вернулся на родину. После лет путешествия по Скандинавии, ты оказался на острове Серейя в поисках древней ритуалистической магии, где стал стражем дочери главы по имени Фрейдис, а в последствии и ее мужем.
[indent] Ты стал частью древнего рода и считал, что впоследствии станешь его главой. Но нет, бразды правления перешли к брату Фрейдис и тебе стало понятно, что они не станут доверять власть или же свои знания человеку, что пришел издалека. Они сколько угодно могли давать тебе свою фамилию, но ты знал, что никогда не станешь частью их семьи и достойным доверия. Они пытались дать тебе территории, которыми ты мог бы управлять, но ты прекрасно знал, что они не позволят тебе самому сделать и единого шага. Ты ждал много лет - у тебя родилась дочь, но конфликты возникали все чаще и чаще и ты чувствовал себя окончательно преданным. В один день ты решил, что этого достаточно.
[indent] Продав собственную дочь в замужество на юг острова, ты получил внушительную сумму денег и бежал вместе с секретами рода куда подальше от этой семьи, и больше никогда не возвращался. За это время ты приобрел силу и мощь, ты получил всю сижу, о которой надеялся, и совершенно не гнушаешься шантажом и поддержкой весьма сомнительных организаций и планов. И многие были бы рады отомстить тебе за то, что ты с ними сделал, однако ты слишком силен для того, чтобы кто-то смог тебе по-настоящему помешать.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------

О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------
из биографии Эриндис (частично менябельно если есть желание)

Клан Химмелен-Фьелль живет уединенно и тихо - они кутаются в теплые шубы, чтобы пережить беспощадные холода и щурятся от солнца, потому что они привыкли к темноте. Их не увидишь на светских приемах, их имен нет на страницах современной истории, и дети их никогда не принимают приглашение обучаться в Дурмстранге. Многие считают, что клана Химмелен-Фьелль и вовсе не существует, и все упоминания о нем - выдумки, направленные на то, чтобы пугать на ночь непослушных детей. И хорошо. Этого их клан и добивался.
Прошло несколько десятилетий с тех самых пор, как короли всей магической Скандинавии побросали все, над чем работали, и скрылись на острове Серейя, в темноте да холоде севера. Бывшие лидеры политической арены, военного времени, да патроны искусства и магии, исчезли настолько старательно, будто их никогда и не существовало, и на все попытки к ним приблизиться они даже и не пытались ответить. Прошло несколько лет, и магическое сообщество начало привыкать к их отсутствию. Прошли десятилетия, и оно привыкло обходиться и без них. Прошли века - и этой фамилии никто и не узнает кроме тех, что посвятил себя старым летописям давно минувших дней. Или тех, кто жил и проживает на территориях острова Серейя. И тех, кто в семье этой родился.
Ее отец, Рагнвальд, мало предавался мыслям о политике и будущем. Не в силах совладать со своим положением представителя младшей ветви, он регулярно пропадал где-то не сообщая им, а возвращался пьяным да агрессивным. Он делал вид, что ему было совершенно все равно, отказываясь от территорий, которыми ему предлагали управлять да не выполняя обещанного, и отказывался признавать обратное. И семья привыкла к нему, как и ко многим иным представителям, о которых говорили, качая головами. Их семья не отказывалась друг от друга, и они знали, что не было ничего важнее кровных уз. И все вместе они хранили тайну проклятия, в результате которого их клан однажды исчез с политической арены магического мира - из века к веку матери клана Химмелен-Фьелль передавали своим дочерям проклятье маледиктуса, обрекающее их на превращение в волков. И их семья хранит эту тайну настолько ревностно, насколько они только могут.
Однако, если в сохранении тайны их семья и оказалась успешной, на поприще управления деньгами и людьми успехи были относительно плачевны. Их территории переставали быть плодородны, люди становились голодны и несогласны с властью, все больше и больше их бывших территорий становились под чужими флагами и занимались самоуправлением. Их семья теряла влияние клочок за клочком и едва оставалась на плаву достаточно для того, чтобы хотя бы просто поддерживать свой собственный замок, хранящий в себе страшные тайны древнейшей магии.
***
Когда девочке было тринадцать лет, тот мир, который она так хотела увидеть, пришел к ней сам. Когда отец предложил ей пойти с ним посмотреть на мир, она не представляла, чем это могло закончиться. Ее узнали - по семейному гербу на одеждах, по описанию ярко-рыжих волос и голубых глаз, да по имени. И результате непродолжительной битвы Эриндис оказалась похищена, и это, вне сомнения, изменило не только всю ее жизнь, но и историю всего ее клана.
Раньше она часто считала, что жила в семейных имениях как птичка в клетке, а сейчас она в этой клетке оказывалась будто дикое, опасное животное. Люди ненавидели ее, боялись, и надеялись использовать в своих целях. Эриндис должна была стать и разменной монетой, и рычагом давления на весь клан Химмелен-Фьелль. И сказать, что семья была в ужасе и ярости, было не сказать ничего. Они строили планы, они вели бесчисленные переговоры, и они заставляли Фрейдис вырывать
на собственной голове волосы от бессилия и горечи.
Прошло больше года, и из ненавистного пленника Эриндис становилась частью народа - ее больше никто не пытался держать взаперти и причинять боль. Жители звали ее дочерью богов, что могла сделать землю плодородной, остановить грозу, и залечить раны. Они знали, что такое магия, и слышали о ней в тех историях, что они читали детям на ночь, и в их понимании все они были способны на магию, несмотря даже на то, что магия эта исчезала и мельчала все больше и больше, пока от нее не оставалось практически ничего. И видеть такое количество силы было для них совершенно немыслимо и прекрасно. Из врага Эриндис стала благословением, и из бедности они выбрались к богатству. И пускай сама волшебница и нашла свое счастье из невероятного горя, она скучала по дому. Именно поэтому, когда к ней явился ее отец, она была счастлива, что наконец-то сможет увидеть этот свой дом. Вот только отец вернулся с группой наемников, разрушил тщательно отстроенные Эриндис дома, и, не слушая дочь и усеяв снежные луга мертвыми телами, вырвал дочь из этого нового мира. Вот только он не вернул ее домой.
Эриндис кричала на него, сбивая голос, но Рагнвальд не собирался этого даже слушать. Ему, на самом деле, было совершенно все равно и на нее, и даже на собственный клан, он пришел в ее новую семью для того, чтобы избавиться от дочери еще один раз - отдав ее в замужество за огромную сумму денег. Оказывается, слухи о том, что в каком-то селе появилась девушка, что способна на настоящие чудеса, распространились даже на самый юг огромного острова, далеко от их дома и подконтрольных территорий. И местный правитель Сигурд решил подчинить себе силу богов, убедившись в том, что и его потомки будут рождены с магией а все подчиненные будут в страхе. Эриндис не ожидала от отца подвоха - она путешествовала с ним туда, куда он скажет, думая, что идет домой, а на самом деле стало слишком поздно. С тех пор, как родной отец передал ее новому мужу как отару овец, никто больше не видел Рагнвальда. Он схватил свои богатства и исчез далеко и надолго.

от Фрейдис

Человек, пришедший издалека - всегда риск, на который наш клан долгое время не решался. Но ни один род не может существовать долго без вливания свежей крови и потому тебя, пришельца, приняли если не с распростертыми объятиями, то без нареканий. Ритуал принятия в род вплел тебя в наше разветвленное фамильное древо и открыл доступ ко всем семейным тайнам. Ты знаешь о нас и преследующем нас проклятье слишком многое. Мы сами вложили этот отравленный кинжал в твою руку. Теперь я вижу,какая это была ошибка, но в то время, когда только состоялось наше знакомство ты казался неколебимой надежной скалой, рядом с которой можно уверенно вышагивать бок о бок и противостоять суровой реальности. Я не была ослеплена чувствами, выбирая тебя на роль своего стража, руководствуясь только здравым смыслом.Выбирала тебя из десятка других достойных, как выбирают охотничьего пса - за силу, скорость,выносливость и преданность. Твое образование придавало мне уверенности в том, что иных знаний тебе не требуется. Нет, я не была ослеплена тогда, это случилось позже, когда ты уже был моим мужем, отцом моих детей, подлым обманщиком, продавшим нашу дочь в рабство. Моя ослепленность не позволила сразу перегрызть тебе горло, как после твоего побега мне часто виделось в моих снах. Теперь ты угрожаешь открыть нашу тайну миру и я стремлюсь найти тебя, чтобы стереть с лица земли, пока мои эмоции все еще теплятся, пока человеческая память еще не выцвела окончательно, пока, пребывая в шкуре волка, я все еще помню твой запах и почему я так тебя ненавижу.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Эриндис стала главой своего клана как и ее мать, превратившаяся в волчицу - и они не собираются прощать того, что с ними было. Но вот только желание и возможность это очень разные вещи.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

от Эриндис

Была бы Эриндис обычным подростком, она бы громко выдохнула, вырываясь из объятий матери. Она бы вскинула головой, крикнув "да что ты понимаешь" и свернулась бы калачиком в своем одиночестве словно бы в мягкой перине. Дети, на самом деле, не любят быть понятыми, и они не хотят быть счастливыми. Только лишь начиная замечать, что мир вокруг них совершенно не соткан из мягкого и податливого материала, они начинают все глубже и глубже закапываться в несправедливость и боль, считая при этом, что только они одни, и никто вокруг них никогда не сможет посмотреть на мир тем же взглядом, которым на мир смотрят они.

Но вот только у Эриндис не было такой роскоши. У нее вообще с раннего детства ни в чем не было роскоши, что уж там говорить о чем-то "нормальном" вроде счастливого детства. Она с четырнадцати лет уже совершенно все умела сама - и доверять, и проверять, и выживать. И у нее не было времени на бесполезные хлопания дверьми, проростки независимости и жалость к себе. И приходилось поумнеть, приходилось стать сильной. Приходилось втаптывать куда поглубже собственные эмоции и впивающуюся острыми шипами боль и все ради того, чтобы лишний раз просто втянуть в себя воздух. Она была в аду и сделала его своим домом. Оттуда она попала в другой ад, и снова сделала тот своим. А сейчас что? Снова по-старому стоило ей только подумать, что сейчас все станет лучше?

Хрип, сорвавшийся с ее губ, напоминал крик. Кожа готова была лопнуть подобно мыльному пузырю, наполняя все помещение своим похоронным звоном. Или же только ее собственную голову, по которой сердцебиение било будто молотом по наковальне? Позвоночник будто изгибался небесным змеем, словно только впервые ощутив на себе дыхание свободолюбивого солнца. Что-то внутри почуяло ее слабость, и это что-то сейчас прижималось к земле, готовясь к прыжку, и приподнимало свой нос, становясь по ветру. Что-то внутри ее самой готово было вонзить в нее свои клыки и разорвать на части. И это что-то, пропади оно пропадом, было знакомо ее матери. Потому что если бы не было, она бы никогда не говорила ей перестать бороться. Потому что если чему-то Эринлис и научилась, то это ценить хороших советников, потому что таких не сыскать сколько бы ты ни старался. Кровь гуще воды, а кровь клана Химмелен-Фьелль, кажется, была сделана из нервущегося жгута.

- Что... - Сбитое дыхание, пересушенное горло. О, это был худший припадок из всех, что когда-либо случались. Это была худшая боль, что ей когда-либо приходилось переживать, потому что на этот раз ее обидчиком не был другой человек. Легко переживать через боль, когда ее наносит неуверенный в себе неудачник. Трудно, когда источником твоей боли выступаешь ты сам - особенно когда ты, это человек, который пережил не одиного такого вот неуверенного себе неудачника, что пытался причинить ей боль. И тем не менее, Эриндис не торопилась отпускать, не зная, что именно ее ждет по ту сторону своей человечности. Догадываясь, но... Как же ей было страшно, и как же хотелось кричать. И что же, что же сделало это с ней и как теперь с этим жить? "Но ты ведь знаешь ответы, мама? Ты же знаешь?.." - что произойдет если я перестану сопротивляться, мама?

И пускать она просто скажет ей правду, какой бы та ни была гнусной. Эриндис, что же, она пережила слишком многое чтобы пугаться тому, что еще может быть впереди. Она подчинила себе целые поселки, города, пол острова, даже когда ее списали со счетов и продали как голову скота на рынке. Она прошла слишком далеко, чтобы останавливаться сейчас. И сделала слишком много, чтобы останавливаться на пол пути. Что бы это ни было, она сможет с этим справиться. "Так скажи мне правду, мама. Что ждет меня если я... позволю этому выйти на свободу?" Потому что Эриндис никогда не была обычным подростком, который не хотел смотреть на себя со стороны. У нее не было роскоши не доверять собственной матери. И, что бы это ни было, Эриндис знала, что ее мать ее понимает. Эриндис это чувствовала. Чуть ли не собственным носом, собственным сердцем, да собственной кровью. "Какой тайной со мной не поделились, мама?"

от Фрейдис

Неправильное это было время и Фрейдис корит себя за промедление, но лишь несколько горьких мгновений. Укоры себе не помогут ее дочери, не распутают сложную сеть обстоятельств, приведших именно сегодня членов клана на совет. Эриндис быть обязана присутствовать там, в добром здравии и не растеряв ни толики своей заразительной решительности, поражающей сердца людей, как обжигающие ветра жестокой северной зимы.

О, будь у нее время. Было бы время открыть все, поведать известное о проклятье, научить дочь слышать глухой рык ее второго "я", жаждущего стать первым.  Примирить с волком, научить ценить незримое его присутствие и не страшиться того, что однажды произойдет с той же неотвратимостью, с какой белые ночи сменяют долгую ночь. Впрочем, на многое из этого времени будет более, чем вдосталь. Но не на главное.

Дочери Серейя учат своих дочерей слышать волка с самой первой их месячной крови. В дурмане раскуриваемых над жаровней трав, в жарко натопленных комнатах, теплом выгоняя напряжение из мышц, в полной тишине и темноте они касаются проклятой своей крови и призывают проклятье показаться и сдаться на милость им. Балансируя на тонкой грани между неуступчивостью и принятием, они переживают свою первую трансформацию без выворачивающей жилы боли и панического оглушающего страха. Но у Фрейдис под рукой ни трав, ни жаровен, ни времени. Лишь истязаемая болью и страхом дочь, чья воля так неуступчива, что может и вовсе не принять в себе волка, обрекая раз за разом себя битву, из которой не выйти победительницей.

Но в неуступчивости этой и силе может быть достаточное подспорье, если удастся ее направить. Сбрасывая с плеч дочери мягкий домашний мех и со своих - тяжелый, густой, защищающий от сурового ветра, Фрейдис разворачивает Эриндис к себе. Выпутывает из медной гривы медные гребни, расслабляет тугой ворот платья, держащий голову дочери высокого и гордо, каждый вдох вымеряя на точных весах. Сыплются и беззвучно тонут в мехе кольца - только их носит Эриндис, не принимающая ни колье, ни браслетов.  После кандалов и ошейников, верно, ей чуждо все, что обхватывает, стягивает и душит.

- Обо всем подробно мой рассказ будет позднее. Сейчас - о главном. Множество волчиц ты встречала на Серейя. Мы не приручали их, они - и есть мы. Это проклятье, что преследует всех дочерей нашего клана, оно в нашей крови многие сотни лет. Та боль, что чувствуешь ты - так второй твой облик силится стать первым. Я говорю тебе не противиться, потому что только так ты сможешь взять над ним верх. Зверя можно держать в клетке, но однажды он вырвется и перегрызет пленителю горло. Но корми зверя с рук и он не воспротивиться даже, когда ты наденешь на него ошейник.

Продолжая говорить, она уводит дочь прочь от стола, ближе к камину, где едва теплится живой огонь. Разворошив угли, Фрейдис добавляет дров и горючего порошка, от чего пламя с жадностью набрасывается на мертвое дерево, облизываясь и меча во все стороны горячие искры. Тяжелый смолистый запах лесов Серейя окутывает женщин - не лучшая замена травам, но лучше того чуждого запаха, исходящего от Эрин, что так тревожит волка во Фрейдис. Что так тревожит волка внутри ее дочери.

- Когда ты перестанешь сопротивляться, отпустишь свой страх или вверишь его моим рукам, отступит и боль. Я чувствую, что твоему волку не терпится вырваться на свободу и лишь твоя несгибаемая сила воли не позволяет случиться этому. Отпусти себя, родная. Превращение займет немного времени, но ошеломит тебя, верно. И испугает. Будут чудиться иные запахи, иным станет зрение и тебе может показаться, что пути обратно уже не будет.  Но это,- она обхватывает бледное влажное лицо дочери ладонями и вынуждает на себя смотреть, всю свою уверенность желая вложить в ее разум,- не так. Ты будешь помнить, кто ты есть, и кто есть я, сидящая рядом с тобой.  Чтобы вернуться к себе ты должна будешь пожелать этого так же сильно, как если бы желала избавления от этого бремени. Не спеши вернуться сразу. Вдохни иные запахи дома, посмотри другими глазами, почувствуй иначе тело свое и тогда возвращайся.

Крепкие сухие пальцы Фрейдис избавляют дочь от оков темного глухого платья. Все, чему вынужден будет сопротивляться зверь выломает тело Эриндис новым витком боли, а ей достаточно уже. Достаточно ее исстрадавшейся и выжившей, несмотря на все выпавшие ей испытания, дочери любой боли. На бледной коже спины, на животе и бедрах ее видны отметины чужой жестокости и Фрейдис обещает себе, что разорвет горло всякому, кто осмелится теперь причинить ее девочке боль.

- Слушай мой голос, родная,- обняв вздрагивающие обнаженные плечи дочери, прижав голову ее к груди Фрейдис шепчет ей уверенно и ясно, не позволяя ее рассудку ускользнуть в тенета страдания и страха,- и слушай ее, ту, что взывает к тебе изнутри. Смотри на мое лицо, родная. Я многие годы живу со своим зверем и он все еще не взял надо мной верх. Выпусти ее и ничего не бойся.

❖ СВЯЗЬ
Напишите в гостевую и мы объявимся!

0

10


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Маркус Томпсон
ВОРОБУШЕК-СОЦИОФОБУШЕКРАЗЫСКИВАЕТ СВОЕГО МЕНТОРА, КРИМИНАЛЬНОГО ГЕНИЯ, ОТЦА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s3.uploads.ru/t/JHYE6.gif


Steve Buscemi (менябельно на любого мужчину, которому за 50, можно без обсуждения)


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я думаю, не найдется и десятка человек во всем мире, кто знает о тебе что-то кроме того, что ты «владелец заводов, газет, пароходов». Лишь делаю предположение, что являешься чистокровным волшебником, хотя тебя не очень интересуют эти кровные дрязги, как и политическая обстановка в целом. Но ты, как и положено деловому человеку, держишь руку на пульсе, хоть и остаешься беспристрастным.

Если абстрагироваться от небольших газетных очерков, где тебя представляют добродетельным человеком, меценатом и честным бизнесменом, то останется тот, кто держит в страхе весь Лондон - от Ист Фичли до Уэст Норвуда. Но, насколько я могу судить, мистер Томпсон никогда не делает грязные дела собственными руками. Скорее он некий связующий элемент между теми, кому требуются услуги тех самых «грязных» ручек и непосредственно этими ручками. Наверное, все происходило стихийно. Ты брал на поруки какого-то беспризорника и взращивал из него того, кто тебе был нужен. Не многие могут выдерживать то давление, которые ты на них оказываешь; не многие справляются с той работой, на которую были определены тобой. И эта цепочка трупов, тянущая сквозь всю твою блистательную карьеру, всегда будет с тобой.

Да, ты очень строг к подчиненным, можно даже сказать не терпим, поэтому те, кто сейчас есть подле тебя, буду готовы вылизать подошву твоих ботинок, если ты отдашь такой приказ. С безропотным смирением. Так было и так будет всегда. Но при всем при этом, ты умеешь поощрять их за хорошую работу; предоставляешь им такую защиту, на которую они не могут рассчитывать за пределами твоего влияния.
Я отдаю себе отчет, что большой пласт биографии оставляю пустым – твори. Но если захочешь конкретики, мы всегда сможем воссоздать более детальный образ этого человека.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я вырос в приюте и после того, как выяснилось, что я все же волшебник (лучше бы это оставалось для всех тайной) ко мне был приставлен куратор – Орион. И вот именно он свел нас, точнее попросил дать мне работу. Мне на тот момент было лет пятнадцать-шестнадцать, я только ушел из школы (после пятого курса), уже промышлял некоторыми не совсем чистыми делишками и так далее. Я в точности не знаю, знал ли Ореон, что ты мой отец (и вообще знаешь ли ты об этом. Мы можем эту тему вообще не раскрывать или отказаться от нее вовсе) и почему обратился именно к тебе. Тем не менее, ты согласился. Долгое время я работал у тебя в типографии, занимался всей грязной работой, плюс был на посылках. Годам к двадцати, может двадцати одному ты меня делаешь своим партнером в этой самой типографии (может для того, чтобы поощрить или чтобы, не используя силовые методы попытаться не дать мне уйти в самостоятельное плавание).

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Планов на игру великое множество – можно начать с прошлого и отыграть весь спектр воспитательных мер мистера Томпсона, применяемых к своим подчиненным (но это так – ответвления основного сюжета). Мне не очень хочется раскрывать все планы на этого персонажа, точнее основную линию, но скажу так – много ангста, трупов, конфликта интересов и прочего-прочего (но я обязательно эту сделаю, если роль заинтересует).
В общем, на эту роль нужен такой человек, кто не боится играть что-то запредельно жестокое, не волнуясь о чувствах своих соигроков, но умеет делать это достаточно тонко, чтобы сохранять хорошую мину. Кто-то, кто умеем вести игру в то русло, которое выгодно именно ему, в реалиях общего сюжета. Человек раскрепощенный, но принципиальный. Не знаю, что еще добавить – c нетерпением жду)

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

В комнате повисла мучительно-долгая тишина. Казалось, даже частички пыли в воздухе перестали соприкасаться друг с другом, чтобы не нарушить ее. Тот момент, когда думаешь, что все в этом мире остановилось или замедлилось до таких неуловимых скоростей, что перестаешь фиксировать какое-либо движение.
- Райли, - пронзая тишину, подобно стреле, пущенной слишком умелым охотником и этот голос словно заставляет колени трястись еще сильнее, чем до этого. – Твое деяние…- да, он так и сказал «деяние» и это означало лишь то, что он огорчен случившимся настолько сильно, чтобы не пришлось рассчитывать на прощение.

- Мистер Томпсон…
- Заткнись, - выговоривая каждую букву этого слова вкрадчиво, словно это не простая буква, а целые абзацы из жития пророков. – Твое деяние не может быть прощено, Райли.

- Пожалуйста… - с трудом вдыхая тяжелый затхлый воздух помещения; проглатывая накатывающиеся слезы еще до того момента, когда они смеют вырваться из уголков глаз, выговаривает молодой паренек шестнадцати лет. Хотя, у него было достаточно времени для того, чтобы понять, что босс не прощает подобных проступков. Возвращение сюда было равносильно прыжку с Хелборнского моста – глупая затея. Но Харт испытывал какую-то смутную надежду, что сможет выжить и на этот раз. До того самого момента, пока труп его «компаньона» не привалился к его колену, как к единственной точке опары. – Я отдаю отчет, что поступил опрометчиво, но обещаю… -  его голос приобрел странную твердость, в последней попытке сохранить свою жалкую, никому ненужную жизнь.

- Опрометчиво? – с почти добродушной улыбкой вымолвим мужчина, поднимаясь из-за широкого дубового стола. И обогнув его довольно лениво, облокотился на столешницу прямо перед парнем, - Опрометчиво? Нет, ты поступил глупо, мой мальчик, - в его глазах читалось…сожаление. Такой взгляд точно не хочешь увидеть, а если когда-то и увидел, то он точно будет преследовать тебя в ночных кошмарах на протяжении всей жизни (если она, конечно, будет столь долга, чтобы видеть сновидения).

Лезвие холодит кадык. Дыхание перехватывает, чувствуя, что если попытаешь вздохнуть, то нож обязательно поранит кожу. А там где одна капля, там и целая лужа, глянцевая, отражающая свет всех свечей в комнате, точно такая, что сейчас на подолах брюк и подошве ботинок – еще теплая, но уже неприятно тягучая. Поднимая подбородок выше, Харт не перестает смотреть ему в глаза, пусть их ледяное бесстрастие и пугает до смерти. Но как бы все не случилось, ты понимаешь своего ментора; принимаешь те меры, которые ему приходиться предпринимать, как и его жестокость – безропотно.

- Конверт, - Райли этого не видит, но Маркус протянул руку вперед, требую обратно то, что накануне вручил собственноручно тому ублюдку, кто своей бесполезной тушкой пачкает ковер, который был заказан всего тремя месяцами ранее.

- Я отдал его, - отрывисто, уже не пытаясь скрыть того ужаса, через который ему предстоит пройти в данную минуту, предвкушая его столь очевидно, что слезы сами по себе уже окропляют бледные щеки юноши.

- Кому? – с таким искреннем негодованием, что, кажется, у него аж сорвался голос. – Кому, ублюдок, ты отдал конверт, - Томпсон никогда не опускался до подобных выражений, но это был один из немногочисленных случаев, который позволял ему выругать. Лезвие скользнуло выше по коже, оголяя волокна мышц, покрытые тонкой белесой пленкой, но так неуверенно, словно не решаясь окунуть его полностью в крови мальчишки.

- Адр…Адресату, - пытаясь избавиться от ей боли и встав чуть ли ни на мысочки, чтобы не дать ножу пройтись еще выше, - Я отдал его адресату, - на выдохе выпалив это, словно какие-то слова могли что-то изменить. И еще какое-то время он безмолвно повторял и повторял, - Я отдал ему этот чертов конверт, отдал ему этот конверт.

Мужчина чуть отступил, глубоко погрузившись в свои мысли, но не выпуская орудие их своих рук, - Вы вырезали всю его семью… - прямой взгляд чистых голубых глаз, - Жену, ребенка… Райли,- парень только кратко кивнул, размазывая ладонью кровь, сочащуюся из раны. Мне иногда кажется, что я не мог взрастить таких отвратительный демонов как вы,- лезвие скрывается внутри рукоятки и ранее дребезжащий отзвук его голоса становить вновь беспристрастным. Мучительный глоток виски, сквозь пелену приятно-пугающих дум. На сегодня достаточно…

❖ СВЯЗЬ
ICQ 667198292, гостевая

0

11


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ПРЕПОДОБНЫЙ ТOM (ТОМАС) КЕЙДЕНСВОРТ
УСТАВШИЙ ОТ ВОЙНЫ ВОЛШЕБНЫЙ МИРРАЗЫСКИВАЕТ ЛУЧ СВЕТА И ТЕПЛА------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://sd.uploads.ru/ubIlD.jpg
http://s9.uploads.ru/AYGd6.jpg


Arthur Darvill или Jack Ashton или вообще на ваше усмотрение но знайте кем я вдохновлялась


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Все описанное здесь совершенно не принципиально, вы можете поменять и имя, и возраст, и место рождения и место проживания и биографию и все на свете, так что обсуждаемо.

Ты родился в бедной семье где-то в окрестностях Бирмингема, твой отец занимался тяжелой работой, а твоя мать медленно но верно погибала от туберкулеза. Ты уверен, что иногда помнишь ее теплое касание на своих волосах и глубокие серые глаза, смотрящие прямо в душу. У этой семьи не был практически ничего, кроме друг-друга, но они продолжали любить, пока любовь еще могла существовать. Ты был совсем еще ребенком, когда впервые увидел смерть - твоя мать была настолько легка и худа к тому времени, что ты едва заметил, как из нее испарилась жизнь, и вы с отцом остались одни.
[indent] Отец работал как мог, зарабатывал мало, а все что у него оставалось он пропивал в попытке заглушить боль от потери любимой девушки. А ты, предоставленный самому себе, бегал по городу в попытках раздобыть себе хоть какую-нибудь еду или возможно даже работу. Однажды зимой, в холодную ночь, ты бежал из своего дома в поисках тепла, и впервые пронырнул в городскую церковь подобно мыши. И там ты нашел столько тепла, насколько это возможно. Церковь стала твоим новым домом, священнослужители в ней - новой семьей. И ты решил остаться в этой церкви. Престарелый пастырь щурился, когда учил тебя читать, а сам ты в упоении работал целыми часами, чтобы помочь кормит бездомных супом в рождественскую ночь. Ты был уверен, что в этой церкви проведешь всю оставшуюся жизнь.
[indent] Но жизнь всегда изгибается под неожиданным углом, и в один день к тебе на стол опустилось письмо, которое принес немолодой мужчина, представившийся директором Школы Магии и Волшебства Хогвартс. Ты был волшебником. И это, говоря по правде, было против всех твоих убеждений и ты даже и не хотел идти. Из всех людей, что могли тебя убедить, это был пастор, что опустил свою слабую руку на твое плечо и сказал, что это дар, который ты не должен отпускать. И ты решил пойти.
[indent] За все эти годы Хогвартс так никогда и не стал тебе другом. Ты был прилежен, приятен, и искрометно добр, учителя любили тебя, как и остальные ученики, несмотря на твои "странности", так они говорили. Ты никогда не расставался со своей верой с Богом, и те чудеса, которые ты учился сотворять, только подтверждали твои убеждения. Но ты никогда не понимал, почему магия никогда не была использована для того, чтобы сделать жизнь лучше и не мог справиться со всем тем эгоизмом, что окружал тебя изо дня в день. Ты цитировал строки из Библии и любил всех, что окружают тебя, но твое добро было использовано против тебя.
[indent] Тебя подставили. История, что стара как мир: аристократ, решивший пронести в школу темный артефакт, который вышел из под контроля, и ты, Том, которого обвинили во всем произошедшем. Никто из тех, что тебя знал хоть немного, не верил в то, что ты был виновен в покалеченных детях. Учителя и друзья в унисон говорили о том, что ты никогда не испытывал интереса к темной магии и не смог бы даже позволить себе подобный предмет. Но семья богатого слизеринца наняла лучших правоведов в стране, подкупила пол Визенгамота, и в результате этого долгого и болезненного процесса, ты был изгнан из школы.
[indent] Учителя пытались найти тебе иное место, друзья старались поддержать, но ты лишь качал головой, осознавая, что Бог он работает своими неизведанными путями, и не стал противиться. Ты решил вернуться туда, где нужен был больше всего - в свою церковь, и принял сан. Магический мир предал тебя, и ты не хотел в него возвращаться. Через несколько лег умер твой отец, умер твой пастор, и ты знал, что магический мир мог бы их спасти, да не стал. Пришла война, унесшая столько жизней, что и не счесть, и магический мир снова не смог никого остановить. Магический мир, казалось бы, даже и не пытался.
[indent] Но шли годы, и ты перестал даже вспоминать о магическом мире. Ты решил для себя, что поможешь всем, кому можешь помочь, и спасешь всех, кого можно спасти, и именно этим ты и занимаешься. Мудр не по годам, когда ты не готовишь службы для прихожан ты помогаешь им добрым словом или уверенным делом, собираешь вещи для бедных и помогаешь нуждающимся поступить в университет. Ты стал человеком науки, получив образование и понадеявшись, что ты сможешь что-то изменить, и медленно из различных церквей Англии перебрался и в Европу. И со временем сам стал пастором церкви в Баварии. Иногда ты был способен на чудеса - очень редко, и всегда случайно, но достаточно для того, чтобы кто-то благоговейно зашептал, что ты должен быть причастен к лику святых. Ты лишь мягко улыбался, зная, что ты лишь инструмент в руках высших сил.
[indent] Но мир менялся. И он менялся быстрее, чем тебе хотелось бы, и становился чернее, чем когда-либо. Таинственные нападения и темные речи просачивались через самые бедные из слоев населения и ты начинал понимать, что все, что вложили в твои руки доверие, были в опасности. И что ты делал то же самое, что до этого делал магический мир - не использовал свои силы.
[indent] Война пришла на порог твоего дома, и пришло время достать свою запылившуюся волшебную палочку.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Анвен внеслась в твой мир совершенно неожиданно - укрываясь от погони, она оказалась на пороге церкви, и ты никогда не думал, что снова столкнешься нос к носу с магом. Ты не стал раскрывать того, кем был, вместо этого предложив ей помощь и тепло, и Анвен была благодарна этому. Она тянулась к твоей мудрости и теплу как мотылек к свету и вы остались друзьями.
[indent] Она приходила к тебе для того, чтобы завуалированно рассказать о своих переживаниях и работе, а ты кивал головой, понимая каждое ее слово, хоть и не раскрывая ей этого. И тогда, когда ты оказался в Баварии и понял, что тебе пора вернуться к оружию, ты прислал ей самую настоящую сову и раскрыл свою истинную сущность зная, что Анвен сражалась на правильной стороне. И ваша дружба приобрела совершенно иной оборот.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ты может и не аврор и не мастер владения волшебной палочкой, но ты веришь в то, что в тяжелые времена каждый должен выполнять свой долг и вносить свою лепту, какой бы она ни была маленькой. Невероятно быстро освоившись на новом месте, ты быстро завоевал доверие прихожан и познакомился со своими соседями. Ты пообещал защищать магглов Баварии всеми силами и сотрудничаешь с МРАКом, докладывая организации о происходящем через свою невероятную сеть информантов, которую ты сам и создал через свое тепло и доброту.
[indent] Пока что тебя никто не подозревает - кому интересен священнослужитель маггловской церкви, кто заподозрит в нем мага? И это, конечно же, делает тебя лучшим агентом в этом месте.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

Когда-то давно за окном лился такой же дождь, как и сегодня. Когда-то давно, Анвен тоже бежала под ним, пряча лицо в вороте одежды. Когда-то давно, капли точно так же падали с пол ее вымокшего плаща прямо на порог помещения. Волшебница, казалось бы. Аврор. А не могла даже защитить собственную одежды заклинанием импервиус чтобы не выглядеть как маггл, упавший в озеро по неосторожности. Но как и сегодня, так и тогда, ни на какую магию не было ни сил, ни внимания. Где-то в глубине души даже хотелось, чтобы было мокро и холодно, где то чтобы наказать себя за непростительную ошибку, не то чтобы напомнить себе, что она все-еще была человеком.

Анвен до самой мельчайшей детали помнила тот день, когда впервые встретила человека, которому не хочется жить.

Она помнила шнурок, развязавшийся на ботинке, она помнила мокрые волосы, в которых можно было спрятать слезы, находящие на глаза. Она помнила первое серьезное дело, которое ей поручили. Это было поместье, сожженное дотла, и родители, убитые перед глазами детей, которых потом нашли сжимающимися в комок сарае. Это была вина, которую она, Анвен, не смогла доказать и девочка двенадцати лет, что была похищена убийцами ее же родителей. Девочку нашли через несколько месяцев. Она сидела на кровати, буквально фарфоровой кукле. Совсем не живая.

Капли капали на стекло и стекали у Анвен по спине, когда ее, наконец, впустили в палату, и девочка даже не поворачивала на вошедших головы. И никакие строки сухого отчета, что ей дали в аврорате, никакие обрывки информации, которую ей рассказывали в коридорах, по которым они бежали, чтобы увидеть девочку, не могли описать той пустоты, которую Анвен видела в этом посеревшем теле. Пальцы сжимали пергамент, практически протыкая его ногтями насквозь, а во рту стояла горечь, заставлявшая глаза краснеть и подбородок дергаться в немом бессилии. Как же хотелось выть от бессилия. Как же хотелось содрать с себя кожу в одной лишь ненависти к себе чтобы хоть на мгновение почувствовать хоть что-то, кроме ужаса от совершенной ошибки.

Девочка поворачивала голову, и смотрела на нее словно странная, лишенная человечности кукла. Девочка открывала рот, и из него едва выходили звуки. Но Анвен знала слова, что девочка говорила через этот приглушенный шепот. Девочка говорила, что больше ей не хочется жить.

Это было более года назад.

Но сейчас Анвен тоже бежала под дождем, сжимая в руках лист пергамента, пряча его под плащом, неуклюже вставляя ключ в дверь собственного дома. Там, на этом пергаменте - тоже строки, которые могут решать человеческую судьбу. На этом пергаменте - клейма, прожигающие сердце и оставляющие на нем уродливые узоры. Там строки, что могут читаться и как приговор, и как испытание. Там правда, которую никто не хочет знать и эмоции, которые никому на свете не хотелось пожелать испытать. Там боль, отчаяние, исступление и одиночество. Но еще там, вампусов хвост, была вера. Пока он пишет, он был жив. Если он писал ей строки, значит тянулся к помощи так, как только мог. Пока Анвен получала эти письма, что бы в них ни говорилось, у них все езе была надежда. И она, вопреки всем обстоятельствам, верила.

Сдирая печать зубами, она разворачивала письмо, скидывая покрытые грязью ботинки куда-то в угол. И так и застыла, в бессилии облокотившись на стену. Анвен читала, медленно сползая по стене вниз на пол, оставляя за собой мокрое письмо да впуская пальцы в спутавшиеся непослушные волосы. Дождь точно так же барабанил по крыше. А у той девочки тоже были голубые глаза.

"Убей меня, пока я не превратился в чудовище."

За что он благодарил ее? Что она сделала, что? Как и тогда, так и сейчас. На работе говорили, что она все сделала правильно, и что нельзя было поступить иначе. Коллеги хлопали ее по плечу и говорили, что сожалеют, что так получилось. Они жалели, ее, ее, Анвен, которая позволила этому случиться. И сейчас он, Альфред, человек, который доверился ей точно так же, как когда-то доверилась эта двенадцатилетняя девочка, говорил вещи, которые какая-то Хоффлпаффка не могла даже понять, что уж там решить. Какой же она чувствовала себя бесполезной, как поломанная палочка, которую не починит самое мощное заклинание. Что она могла сделать? Как она должна была поступить? О таком не писали инструкции, и этого не было в справочнике. Никто не говорил ей, как она могла поступить. И ей все равно говорили "спасибо", которого она совершенно не заслуживала.

"Ты не превратишься в чудовище, ты не иссохнешь, и ты не умрешь. Я знаю, что ты видел. Боль, отчаяние, и людей, полностью потерявших веру. А знаешь что еще ты видел, Альфред? Ты видел то, как жертвы становились спасателями. Как они открывали свои сердца другим и пускали в них тех, кому нужно было тепло. Ты видел забитых, что становились героями и сирот, что научились прощать. Ты видел мир, наполненный надеждой. И ты, поверь мне, станешь одним из таких людей. Я зайду с тобой куда угодно, потому что знаю, что ты выйдешь к свету и выведешь меня за собой. Я верю тебе и верю в тебя, не сомневаясь ни на минуту. Веди меня всюду, куда пожелаешь."


"А если ты провалишься, Альфред, то я умру вместе с тобой, потому что вместе с этим умрет и моя надежда. А я не уверена, смогу ли прожить без нее."

❖ СВЯЗЬ
Свяжитесь через гостевую и мы с радостью подхватим!

0

12


------------------------------------------------------------------------------------------------------------

МИХО АРАТА
ГИДЕОН ХАНТЕРРАЗЫСКИВАЕТ ВООБРАЖАЕМУЮ ЯПОНСКУЮ ЖЕНУ------------------------------------------------------------------------------------------------------------

http://s5.uploads.ru/t/Ge85i.gif


Lucy Liu


--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О ТЕБЕ
ИСТОРИЯ ПЕРСОНАЖАВ КРАТКОМ ИЗЛОЖЕНИИ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Михо – тот самый член семьи, на которого остальные неодобрительно показывают пальцами.
Однако, начиналось все хорошо. Младшая дочь (у нее есть брат – выдающийся игрок в квиддич в «Тоёхаси тэнгу») древней волшебной семьи Арата закончила школу Махотокоро с отличием. Прилежная и старательная, она легко выучила все необходимое, чтобы стать колдомедиком.
Но на 28-м году жизни случилось нечто, изменившее жизнь Михо навсегда. После укуса серебряной лисицы с девятью хвостами девушка сама превратилась в кицунэ. Для японской семьи, все члены которой были выпускниками Махотокоро и сторонились черной магии, это был удар ниже пояса. Они посчитали, что дочь позорит их, поэтому лишили ее всех привилегий и права наследования. Михо оставил жених, ее не продвигали по службе, жизнь девушки проходила в отдаленном месте в согласии с природой и попытках примириться со своей сутью.
Перед Михо стоял выбор – обозлиться на семейство и стать на путь ногицунэ (темной дикой лисицы) или остаться мёбу (светлой божественной лисой) и продолжать служить миру волшебников в качестве колдомедика. По крайней мере, той прогрессивной части, которая ее еще принимала. Волшебница ступила на путь света. Тренируя свои способности, она укротила свою потребность подпитывать лису чужой энергией, научилась забирать боль и негативные эмоции у пациентов.
Шло время, у старшего брата появилась жена, но так и не было наследников. Однажды он сильно заболел и глава рода принял решение выдать Михо замуж. Так он выигрывал по всем фронтам: Михо больше не была проблемой рода и не очерняла его; в случае смерти сына, он мог усыновить мужа дочери и тот стал бы наследником рода. Только где найти человека без предрассудков, готового взять жену с довеском? Подходящий кандидат появился сам. Это был Гидеон Хантер, которому позарез нужна была вещь, находящаяся во владении рода Арата.
Союз был заключен с обоюдного согласия, но без любви. Каждый получил то, чего желал – Михо свободу от семьи, Хантер искомый предмет, семейство Арата зятя. Никто из новобрачных не планировал жить вместе, но сделать это все же пришлось. Во время пребывания в Японии Хантер был сильно ранен и плохо залеченная рана перестала приносить ему страдания только благодаря усилиям его жены. Они провели вместе чуть больше двух лет, то расставаясь, то встречаясь снова. Между супругами возникла симпатия, завязалась дружба и кто знает, о чем еще не написано в этой заявке.
Однажды Хантер вернулся в Европу по делу и остался там. Супруги не виделись уже довольно давно, общение поддерживается лишь редкой перепиской.
Михо решила покинуть Японию потому, что... Тут есть несколько вариантов. Давайте вместе выберем тот, который нравится вам больше.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
О НАС
ИСТОРИЯ НАШЕГО ЗНАКОМСТВАИ НАШИХ ОТНОШЕНИЙ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

Брак по расчету может вырасти в нечто прекрасное. Именно это случилось с Михо и Хантером. Узнавая друг друга день за днем, они из чужих людей превратились в близких друзей, глубоко друг другу симпатичных. Но так получилось на сразу. Убежденная светлая волшебница (даже не смотря на свою лисью натуру) столкнулась с противоречивым человеком, обычаев и менталитета которого не понимала. Остро порицая его граничащие с тьмой действия, Михо стала для Хантера моральным компасом, который не давал ему скатиться в мрак. Даже встреча с убийцей его отца прошла без кровавой расправы лишь благодаря ей.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
P.S.
ПЛАНЫ НА ИГРУИ ДРУГИЕ ДОПОЛНЕНИЯ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

На внешность подойдут также Michelle Yeoh и Zhang Ziyi. Да, я знаю, что все они имеют китайские корни) Или ваши варианты, но помните – Михо 36 – 38 лет.
К внешности Люси Лью прилагается возможность трудоустройства в детективном агентстве Освина Фокса. Будете его личным сортом Ватсона )
Фамилию можно оставить Арата, а можно сменить на Хантер - на ваш выбор.
Кицунэ в мир волшебников чрезвычайно редки и отличаются от того образа, который создают легенды маглов. Дух лисицы передается через намеренный укус или по наследству. Став лисицей, волшебник приобретает новые способности, которые зависят от того, по какому пути он пойдет. Можно выбрать свет и остаться мёбу. В таком случае лисица становится чем-то вроде энергетического вампира, получает умение создавать прекрасные иллюзии. Можно пойти по темной дороге и стать ногицунэ, а значит сводить людей с ума, питаться человечиной и кто знает, что еще. Чем старше и опытней лисица, тем больше хвостов у нее появляется. Столетия занимает вырастить девять хвостов и достичь наивысшего ранге. Когда это случается, мех лисицы становится серебристым.
Михо укусила лиса с серебристым мехом и девятью хвостами с явным намерением. Можно пойти в эти дебри и продумать, почему и кто она.
Михо – сравнительно молодая лисица, у нее может быть два хвоста, наверное. Давайте обсудим. Я все это на ходу выдумываю, только тссс.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------
ИЩИ МЕНЯ ЗДЕСЬ
КАК СО МНОЙ СВЯЗАТЬСЯИ КАК МЕНЯ УЗНАТЬ--------------------------------------------------------------------------------------------------------

❖ ПОСТ

+++

- Я понимаю тебя, - услышал Хантер на пути в кухню и замедлил шаг, но все же не остановился.
Альфред безусловно так думал. Он был хорошим аналитиком, чтобы проследить причинно-следственные связи и представить себя на месте Хантера. Но, чтобы действительно понять, нужно копить злость и обиду годами, научиться прятать ее, скручивая ото дня ко дню тьму, как тугую пружину. А, когда крепления проржавеют, и пружина высвободится, стараться изо всех сил собрать все обратно - взять ситуацию под контроль.
Возможно, если бы у Хантера с детства был такой друг, способный или хотя бы от всей души стремящийся понять друг, все это напряжение не представляло бы опасности. Но все так, как есть и единственное, что мог сделать Хантер сейчас - это попытаться облечь свои сумбурные чувства в слова.
Стоя у плиты в ожидании, пока чайник вскипит, Хантер смотрел на аккуратный череп у стены возле небольшого окна. Сложно было сказать, из какого материала он создан. Черный, натертый до блеска рукотворный артефакт был выполнен так точно, что походил на настоящий человеческий череп. Глубоко в глазницах размещались два красных камня, которые начинали светиться при произнесении нужных слов. Череп поглощал сказанное, отправляя в другое измерение, и заменял Хантеру знания в акклюменции, а иногда и собеседника.
- Ладно, Теофил, - произнес Хантер, собрав все необходимое на поднос, - comer.
Сверкающие глаза черепа провели хозяина в гостиную, один из них лукаво подмигнул, приготовившись слушать.
Кажется, его не было так долго, что подобрать нужные слова стало еще трудней, ведь разговор был прерван. Однако, Альфред таких трудностей не испытывал и, получив чашку кофе с сэндвичем, приступил к беседе с того места, где она закончилась.
Хантер же внимательно слушал, делая небольшие глотки из чашки. Даже посуда в этой квартире была обычной - безликой и слегка сероватой, хотя изначально задумывалась белой. Неизвестно, как вышло иначе. Может, брак при производстве, а может, ассимилировалась, попав в это место. Казалось, тоже самое сделал и простой журнальный столик из темного дерева, две книжные полки у дальней стены, письменный стол с двумя ящиками без замков и выцветший ковер с восточным узором. Помимо Теофила, который, скорей причислялся к существам, чем к предметам, в квартире выделялось две вещи - китайский красный шкаф с пятью замками, стоящий в спальной комнате, и серебрянный портсигар, неизменно лежавший во внутреннем кармане пиджака Хантера.
Когда напарник закончил говорить, он поставил чашку на стол, и достал портсигар. Пока тот был открыт и волшебник извлекал сигарету, а затем подкуривал ее кончиком палочки, Альфред смог заметить колдографию. Там была изображена красивая черноволосая женщина с улыбающимся ребенком на руках. Платье ее было простым, прическа неаккуратной - создавалось впечатление, что волосы жили своей жизнью.
“Единственная, кто знал меня, давно мертва.”
- Я думал, ты будешь задавать вопросы, чтобы это исправить, – выдохнул Хантер вместе с густой струей дыма прежде, чем захлопнуть портсигар и убрать его.
Эту вещицу Альфред видел неоднократно, но внутрь заглянуть ему не удавалось, Хантер всегда прятал его, пресекая все попытки рассмотреть. Сегодня же он чувствовал, что открыл напарнику все, что только мог – пустил в дом, где не бывал никто из Министерства, показал единственную дорогую ему вещь почти намеренно. Тому оставалось только собрать паззл воедино, что не должно было составить труда. С твоим-то аналитическим мышлением.
- Дело не в том, скольких людей и каким образом убил Болдвуд, а в том, кого он выбирал. Это всегда были не-маги. Всегда слабее его, не имеющие возможности защититься. Он отбирал у них эту возможность и все, что жертвам оставалось – подчиниться, притвориться покорными в надежде на лучший исход, - глубоко в душе понимая, что его не будет. - - В этом есть нечто... знакомое.
Хантер задумался, выпуская очередную струю дыма, а затем пристально посмотрел на Альфреда и спросил:
- Какой была твоя семья? Мы никогда об этом не говорили, - ни о чем другом, впрочем, тоже.
___________
comer - ешь (португальский).

❖ СВЯЗЬ
ЛС или гостевая

0


Вы здесь » HP: University of Magic Arts » Партнерство » Fantastic Beasts: Obscurial